Автор
В Верхнетобольске под шум телевизора налита бутылка водки, где каждый найдет свое удовольствие — от украденной пирожковой до забавного шуточного пристанцевания. Но случай с Диверсант № 1 – это что-то особенное: история неизвестных подружек и их необычной вечеринки, запомнившейся всеми участниками так глубоко, что память о ней восьмидесятилетиями не исчезнет....
Вы, кстати, не спросили земляков, не приезжал ли кто к нему в последнее время? Не получал ли он писем? Не спрашивал ли кто посторонний про него?
– Все это спросил. Никто ни приезжал, письма получал редко, посторонние про него не спрашивали. Но около универмага три дня подряд перед похищением по нескольку часов ставили одну и ту же машину – белый микроавтобус «Газель», и какие-то незнакомые люди гуляли по городу. У нас не часто бывают незнакомцы. Город в стороне от торных путей. Поэтому их заметили.
– Номер машины…"
"– Никто не обратил внимания.
– Что такое – чернявые? Кавказцы? – пожелал уточнить Виктор Петрович.
– Говорят, что татары. У нас в районе есть несколько татарских деревень.
– Это необходимо проверить.
– Как это проверить?
– По машине. Есть ли в этих деревнях «Газель». Микроавтобус, преимущественно, городская машина. Для сельской местности мало пригодная. Не любит сельских дорог.
– Я должен послать машину прокатиться по этим деревням? – Столбов спросил даже с вызовом.
– Нет. Я хочу съездить чуть позже, может быть, завтра, в прокуратуру. Познакомлюсь с прокурором района, со следователем.
– Вы видите в квартире хоть одну икону?
– Я уже обратил внимание на отсутствие икон, хотя сейчас иметь иконостас в доме стало модным. У вас лично, насколько я помню, только в машине три иконы.
– У меня и дома тоже целый иконостас.
– Понимаю, что мой вопрос лишний, но все же спросил для ясности. А его отношение к исламу?
– Насколько я могу знать – он никогда не проявлял к этому вопросу никакого интереса. И в национальном вопросе был весьма сдержан. Как бы вам правильнее объяснить… Он уважал людей, независимо от национальности.
– Похвальное качество для последних российских годков, – скорее сам себе, чем Алексею Владиленовичу, сказал Тихонов.
