Автор
В Верхнетобольске под шум телевизора налита бутылка водки, где каждый найдет свое удовольствие — от украденной пирожковой до забавного шуточного пристанцевания. Но случай с Диверсант № 1 – это что-то особенное: история неизвестных подружек и их необычной вечеринки, запомнившейся всеми участниками так глубоко, что память о ней восьмидесятилетиями не исчезнет....
Кроме того… В самом Салавате необходимо определить, кто из близкого окружения Киреева находится сейчас во Франции, потому что был он там не один. Это абсолютно точно. Нам необходимо поименно знать его группу поддержки, чтобы предотвратить замену Киреева. Для этого еще необходимо выяснить, есть ли среди таких людей дельтапланеристы и каков уровень их подготовки. Сам Киреев был хорошим дельтапланеристом, это несомненно. Эксперт только языком цокал, когда смотрел на место, где наш герой разбился. Не каждый на такой полет решится.
– Это все? – Тобако набрал текст достаточно быстро.
– Все. Две подписи. Басаргин и я.
– Костромин и Басаргин. По старшинству, – уточнил Александр.
– Шифруй.
Андрей запустил программу-шифратор. На обработку текста ушло менее двух минут.
– Готово. Отправил.
Костромин откинулся на спинку кресла.
– А теперь, Андрюша, готовь новое послание. В штаб-квартиру. От моего имени. Я прошу пересылать мне все данные по расследованию происшествия в Кольмаре сюда, чтобы использовать аналитические способности Басаргина на полную мощность. Отметь последнее особо. Курсивом, что ли, выдели. Мне советовали забрать вашего командира с собой, чтобы он сориентировался на месте, но пока Саша не выучил как следует французский язык, здесь от него пользы будет больше.
– Некогда! – развел руками Басаргин, понимая, что ему высказан укор. – Абсолютно некогда заниматься самосовершенствованием…
– Надо заниматься. А пока ты не занимаешься, будем использовать твою вычислительную машину, – комиссар показал пальцем на голову Александра, – здесь…
– Я ее включил. Приступайте к работе, – сказал Басаргин.
– Загружайся данными.
2Квартира пока не утомляла Гольдрайха своей простотой и отсутствием многих мелких удобств, которые давно и прочно вошли в его быт.
