В зале напряжения, где реальность тонким полупрозрачным занавесом переплетается с призрачными перспективами угроз, эти парни дышат незримой силой. Их маскировочные операции скользят между миром и нечистью, когда еще нет официального оправдания для вмешательства. Капитан Волин приоткрывает глаза — тьма укутала грузовой отсек, лишь хвостовая часть освещена робким красноватым светом....
Опять выстрел, еще один пролом.
— Снаряд.
Через оптику триплекса Волин видел, как быстро убедившись в безопасности танковых болванок, моджахеды перестали обращать на них внимание. Они деловито суетились возле пушки, наводя ее на танк. Когда сочли, что наведение выполнено, открыли замок казенной части, и двое молодых моджахедов, совсем мальчиков, подтащили к орудию реактивный снаряд. В пятый раз ухнула танковая пушка, душманы даже не пригнулись на звук пролетающего снаряда.
«Теперь все, кранты», — подумал Волин, видя как загоняется ракета в ствол безоткатки.
Сосредоточив свое внимание на артиллеристах, капитан не заметил тех разрушений, что сделали танковые болванки. Потеряв опору, многометровый свод рухнул, погре-бя под обломками орудие и прислугу, подняв густое облако пыли. Не успел Игорь перевести дух, как снизу раздался голос Ковалева.
— Наш трамвай прибывает на конечную остановку. Счастливого пути, дорогие товарищи.
Громада танка развалила арку и, сделав оборот на триста шестьдесят градусов, вползла во двор.
— Колодец далеко? — спросил капитан Волин, закрывая башенный люк.
— Прямо под нами, — ответил Гога, глуша мотор.
Ким открыл десантный люк, и, действительно, внизу чернела дыра глубокого колодца, перечеркнутая полосой стальной арматуры, к которой был привязан пеньковый канат."
"— Так, первый пошел Ким, — распорядился Волин, снимая с пояса две «лимонки», — за ним Лебедев, потом Ковалев.
Пока спускался Ковалев, Игорь прикрепил к люкам на башне по тросику, обратные концы тросиков привязал к ослабленной чеке «лимонки». Вторую гранату он закрепил у десантного люка, а под днище танка заложил пятикилограммовый заряд пластита с детонирующим взрывателем. Едва кто-то попытается открыть люк... от детонации взорвется пластит. Придавленная многотонной бронированной громадой, взрывная волна обрушится на пустоту колодца, тем самым скрыв следы исчезновения диверсантов.
Опустив ноги в черный зев колодца и цепко обхватив пальцами канат, Игорь тяжело вздохнул и произнес всемогущее: «С богом». И медленно стал опускаться в сырую скважину колодца.
С улицы приближались гортанные крики моджахедов. Вскоре по броне покинутого танка застучали подошвы взбирающихся на него душманов...
