Роман о советских диверсантах, действующих в интересах государства. Когда дипломатия бессильна, в игру вступают люди, для которых опасность и смерть — профессиональный риск. История противостояния с лидерами таджикской оппозиции, готовыми предать страну ради западной поддержки.
— Тогда режим до ночи такой. В течение часа стоят в охранении братья Назаренковы, старший смены Зульфибаев. Затем их сменят Босяга, Дубинин, старший — Кадыров. За ними Ковалев, Астахов, старший —Лебедев. Следующие: Исаев, Воробьев, старший — Ким. Следующие: Цыганенко, Иванников, старший — Волин. За ними: Колычев, Бесчаснов, старший — Зиновьев. С приближением темного времени суток охрана увеличивается на одного человека, естественно со смещением графика дежурств. Ясно?
Снова тишина, только курносый ушастый Бесчаснов поднял руку и тихо произнес:
— Разрешите по нужде?
— Ну раз нуждаешься, давай, — усмехнулся майор и тут же добавил: — Можете все оправиться, только без возни. До «хачиков» тут рукой подать. Дежурство согласно графику, остальным отдыхать."
"Волин забрался под большой пушистый куст. Положив под голову свой рюкзак, а под правую руку автомат, снятый с предохранителя, закрыл глаза. Но сон не шел. Этой ночью ему предстоит впервые убить человека. Его к этому готовили долгие годы, обучая владению современным оружием, смертоносным приемам рукопашного боя, использованию любых предметов для убийства. Уже давно Игорь Волин считал себя готовым убивать, и, наверное, случись это внезапно, он убил бы, даже не задумавшись, чисто рефлекторно, как «терминатор». А вот так заранее знать, что через несколько часов ты пойдешь и убьешь человека, который сейчас что-то делает, может, ест, может, пишет письмо, а может, читает книгу. Думать об этом было невыносимо. И Игорь решил: «Надо переключиться на что-то другое, а то и крыша поехать может. А когда придет время, надо выполнить то, что приказано».
Ворочаясь, Игорь увидел Кадырова, смуглолицый лейтенант беззаботно спал под соседним кустом. Двое суток Волин и Кадыров были в одной подгруппе, переводчик оказался на редкость разговорчивым, и уже через несколько часов Игорь знал всю биографию Нурали и даже с некоторыми интимными подробностями.
Сын преподавателей Ташкентского университета, он с пяти лет умел читать на трех языках: русском, узбекском, таджикском. За время учебы в школе выучил еще один — фарси. Среднюю школу закончил с золотой медалью, хотел пойти по стопам родителей. Но после первого курса его призвали в армию (время тогда было такое, служили все — и студенты, и дети министров —знаменитый 83-й). В военкомате к нему тоже отнеслись с пониманием: раз узбек, значит, в пехоту (слава богу, не в стройбат).
