Автор
Офелия Рид - безупречная образец совершенства, но ее избыточная привлекательность превращает жизнь в кошмар. Не ненавидимой за свою красоту, Офелия приносит ужас во всем Англии. Каждый мужчина видит в ней лишь мечтю, но она решительно отказывается становиться его игрушкой, тем самым выделяясь среди дам своего времени....
Похоже, он едва не вылезал из штанов от гордости, но это тоже вполне понятно. Мы, как правило, не приглашаем незнакомых людей в Норфорд-Холл.
Рейфелу стало не по себе.
– Это моя вина, – пробормотал он. – Я сказал ему, что беру Офелию под свое крыло и что она будет гостить у моих родственников.
– Значит, ты ему солгал?
– Нет. Просто не уточнил, каких именно родных мы посетим. Наша семья разлетелась по всей Англии. На самом деле мы поехали к тете Эсмеральде и взяли ее с собой в Олдерс-Нест в качестве дуэньи.
На этот раз уже Престон вскочил как ужаленный.
– Ты увез незамужнюю дебютантку в Олдерс-Нест?! Господи Боже, Рейф, о чем ты только думал?!
– По крайней мере об этой истории мало кто знает, не так ли?
– Именно так, слава Богу. Но сам факт, что ты увез ее познакомиться с «семьей», позволяет сделать только одно заключение.
– Черта с два!
– Безусловно, не сомневайся, особенно еще и потому, что вас видели, когда ты целовал мисс Рид в ее собственном доме, в первый день приезда в Лондон, да еще в тот момент, когда родители девушки находились под той же крышей!
Рейфел бессильно обмяк на сиденье.
– Я тут ни при чем. Это она меня поцеловала.
– Какая разница, кто кого поцеловал?
– Что-то еще? – вздохнул Рейфел.
– На вторую ночь вашего пребывания в Лондоне ты пригласил ее на первый вальс.
– Черт возьми, это был первый вальс?
– Очевидно.
– Кто следит за подобными деталями?
– Пожилые дамы, которым больше нечего делать.
– Только не в моем случае. Я буду все отрицать.
– И считаешь, что тебе это удастся? – хмыкнул Престон. – Все бы ничего, если б не одно маленькое препятствие. Из-за того, что ты увез мисс Рид в ее собственном экипаже и без надлежащей дуэньи..
– С ней была горничная…
– Без надлежащей дуэньи, – повторил Престон, прищурившись.
Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять: отец только что приказал ему жениться. Рейфел почти забился в глубь кресла.
