Автор
Офелия Рид - безупречная образец совершенства, но ее избыточная привлекательность превращает жизнь в кошмар. Не ненавидимой за свою красоту, Офелия приносит ужас во всем Англии. Каждый мужчина видит в ней лишь мечтю, но она решительно отказывается становиться его игрушкой, тем самым выделяясь среди дам своего времени....
Она не собиралась уточнять свои слова, особенно теперь, когда он, похоже, передумал и решил объяснить, что они тут делают.
Рейфел уселся на тот же диван, хотя довольно далеко от Офелии, но все же повернулся к ней лицом.
– Надеюсь, вы намерены объяснить, почему я здесь, а не в Лондоне.
– Совершенно верно. Мы с вами собираемся…
– Я так и знала! – резко перебила она. – Вы задумали скомпрометировать меня, чтобы заставить выйти за вас замуж. Но я не…
Она осеклась, потому что Рейфел рассмеялся. Искренне. Весело.
– Господи, откуда взялись столь жуткие мысли?!"
"– Какие же еще у вас причины притащить меня сюда? – уже менее запальчиво осведомилась она.
– Я как раз пытался объяснить, когда вы меня перебили. Но поскольку вы об этом упомянули, позвольте заверить, что присутствие моей тетки гарантирует вашу полную безопасность. Наше пребывание здесь не вызовет ни малейшего скандала, и ваша репутация останется безупречной.
– Пока мой отец не услышит о насилии над своей дочерью! – предсказала она.
– О каком насилии идет речь, дорогая?! Вы просто приглашены погостить в фамильном поместье Локов. Кроме того, я вызвался лично проследить за тем, чтобы вы сделали прекрасную партию. Ваш отец уже осведомлен об этом. Я послал ему записку еще до отъезда из Саммерс-Глейд.
– Визит? Без моего ведома и разрешения?
– А вы отказались бы?
Похоже, он ожидал отрицательного ответа.
– Разумеется, отказалась бы.
– А ваш отец?
– Нет, он вытолкнул бы меня из дома, спеша поскорее отправить сюда, – с невольной горечью призналась девушка и немедленно пожалела о вырвавшихся словах, когда Рейфел самодовольно заключил:
– Так я и думал.
– Но вы нуждались в моем разрешении, – хмуро напомнила она, чем, однако, нимало не поколебала его самодовольства.
– Видите ли, как уже было в случае вашей первой помолвки с Дунканом, требуется только позволение ваших родителей, – с улыбкой поправил он.
Он снова вернулся к обычному сардоническому тону. Чертов негодяй наслаждается, объясняя, как мало власти она имеет над собственной жизнью.
– Но это не совсем ваше фамильное поместье, – указала она. – И где, во имя Господа Бога, мы находимся?
– Нортамберленд.
