Автор
Офелия Рид - безупречная образец совершенства, но ее избыточная привлекательность превращает жизнь в кошмар. Не ненавидимой за свою красоту, Офелия приносит ужас во всем Англии. Каждый мужчина видит в ней лишь мечтю, но она решительно отказывается становиться его игрушкой, тем самым выделяясь среди дам своего времени....
– Готовы к пытке раскаленными угольями? – беспечно спросил он.
Она даже не вздрогнула от неожиданности: должно быть, услышала его шаги. И не потрудилась спросить, что он имеет в виду. Ведь это Офелия первая упомянула пытку раскаленными угольями.
Но он расслышал ее вздох.
– Разумеется, – грустно ответила она.
Сознание собственной вины! Оно внезапно захлестнуло Рейфела и едва не задушило. Прикусив губу, он смотрел вслед понурившейся девушке. Та направилась к дивану и села, не глядя ему в глаза.
Какого черта? И почему он должен терзаться угрызениями совести из-за желания помочь ей? Не Рейфел, а Офелия только выиграет от его усилий… правда, он выйдет победителем в пари с Дунканом, но в масштабе предстоящих ему трудов это казалось такой безделицей! Особенно теперь, когда он осознал, что просто хочет помочь Офелии.
Он устроился рядом, отметив, что она поспешно отодвинулась.
– Видите ли, я не кусаюсь, – с некоторым раздражением бросил он.
– А мне кажется, что кусаетесь.
– Это намек на поцелуй? Или на обещание поджарить вас на угольях?
– И то, и другое.
Она налила себе чашку чая из чайника, возвышавшегося на столе. Тут же стояла и корзинка со сладостями, но она даже не взглянула на них.
– Можно и мне чашку?
– Наливайте! – отрезала она.
Уже лучше. Ему невыносимо видеть ее в таком состоянии. А уж когда она плачет… Куда спокойнее, когда она злится и сыплет колкостями.
Ему пришлось налить себе чай. Боясь, что она снова начнет вздыхать, он заметил:
– Оставлю пирожные вам. Вы слишком худы.
Она впервые подняла на него глаза:
– Вовсе нет!
– И слишком бледны, – добавил он для пущего правдоподобия. – Ни малейшего румянца.
– Как и должно быть.
– А я думал, что вы хотите выглядеть наилучшим образом.
– Я и так прекрасно выгляжу. И омерзительно красива.
Омерзительно?! Погодите! Он верно расслышал?! И откуда такая горечь?
– Да, – бодро согласился он.
Голубые глаза подозрительно сузились:
– И совершенно ни к чему это подчеркивать.
– О, прошу прощения. Давайте лучше обсудим еще один из слухов, которые вы распускали.
Если он хотел сбить ее с толку, так резко сменив тему, ничего не вышло. Она с любопытством взглянула на него:
– Да, прошу вас, поясните. Я что-то не припомню ничего подобного.
– Думаю, ваша подруга, вернее, бывшая подруга, не согласится с вами.
