Автор
Лондон в мрачном ноябре 1880 года окутывается тьмой и холодом. Меррит Стерлинг, красавец-контридульстер из Шотландии, обещает Люка Марсдену запалить его гнев до такой степени, что это словно бы превращает самого кабинет в бурлящую ярость.
Она поддалась искушению и прижалась губами к его губам, Кир с воодушевлением ответил. Под юбками его руки неугомонно расстёгивали и сдёргивали нижнее бельё, пока пояс панталон не опустился до бёдер, а шов на уровне промежности не распахнулся.
Меррит откинула голову назад и посмотрела на Кира. С её губ уже был готов сорваться протест. Но его глаза сверкали мальчишеским озорством, он выглядел так соблазнительно, что устоять оказалось попросту невозможно.
— Здесь до нас нет никому дела, — сказал он. — Я увижу, если кто-то будет выходить с тропинки.
От нежных ласк по телу разлилось тепло. Говорить стало совсем трудно.
— Мне это даже в голову не приходило.
— На природе другие ощущения. Ветер и солнце ласкают кожу.
— А в панталоны набивается песок.
Кир тихо рассмеялся.
— Не будем покидать одеяло.
Он погладил и пощекотал края сомкнутых интимных створок. К её паху прилила кровь, в венах забурлило предвкушение. Палец Кира медленно проник внутрь.
Взгляд Меррит слегка затуманился.
— Нас поймают, — простонала она, корчась в муках страсти у него на коленях.
Кир медленно вынул палец.
— Тогда не будем медлить, — хрипло сказал он.
— Давай подождём.
— Я жду уже целую вечность, — сказал он, уткнувшись носом в её щёку. — С самого утра.
Меррит замешкалась и застенчиво оглянулась через плечо на пустой пляж.
Кир усмехнулся её нерешительности.
— Будь храброй, Мерри, — слегка поддразнил он. — Всего пять пуговиц и ты получишь желаемое. Просто протяни руку и… — Он резко вздохнул, почувствовав, как она схватила его возбуждённый член и расположила у входа в своё тело.
Он придержал её за бёдра, пока она вбирала в себя его плоть. Меррит постаралась расслабиться и уступила напору крепкого твёрдого члена. Когда он полностью её заполнил, она дрожа остановилась. Лицо Меррит оказалось на одном уровне с лицом Кира. Все пульсации и вибрации, ощущения и их отголоски сосредоточились в том единственном месте, где под ворохом одежды соединялись их тела.
