Автор
Лондон в мрачном ноябре 1880 года окутывается тьмой и холодом. Меррит Стерлинг, красавец-контридульстер из Шотландии, обещает Люка Марсдену запалить его гнев до такой степени, что это словно бы превращает самого кабинет в бурлящую ярость.
И единственное, что Меррит в детстве могла счесть за недостаток, это отношение мамы к правилам. О некоторых она не знала, а на другие плевать хотела.
Когда Меррит спросила её, как согласно правилам этикета следует поступить, если во время ужина случайно попадётся косточка, мама весело ответила:
— Если бы я знала. Я просто незаметно вынимаю её изо рта и кладу на край тарелки.
— Вилкой или пальцами?
— Правильного способа не существует, дорогая, просто делай это незаметно.
— Мама, всегда есть правильный способ.
Однако по прошествии лет стало ясно, что непочтительное отношение Лилиан к правилам оказалось одним из её лучших родительских качеств. Например, однажды Меррит вся в слезах прибежала к маме, потому что мальчишки не брали её играть в лапту.
Лилиан обняла Меррит и утешила.
— Пойду скажу им, чтобы они позвали тебя играть с ними.
— Не надо, мама, — прорыдала Меррит. — Они меня не берут, потому что я плохо играю. Я обычно не попадаю по мячу, а когда у меня получается, он никуда не летит.
Но мама отлично понимала, насколько уязвима детская гордость. Она обхватила пальцами предплечье Меррит и сказала:
— Напряги мускулы. — Пощупав бицепс, Лилиан опустилась перед Меррит на корточки. — У тебя очень сильные руки, дорогая, — решительно заявила она. — Ты ни в чём не уступаешь этим мальчишкам. Мы с тобой будем тренироваться до тех пор, пока ты не сможешь подбросить этот дурацкий мяч выше их всех.
В течение многих дней после этого разговора мама учила Меррит занимать правильную стойку, переносить свой вес на переднюю ногу во время замаха и как завершать удар. Они работали над развитием зрительно-моторной координации Меррит и практиковались до тех пор, пока у неё не получилось легко и естественно отбивать мяч. И в следующий раз, играя в лапту, она набрала больше всех очков.
В детстве Меррит мама не скупилась на объятия, но тепло её рук, пока она помогала принять правильную стойку для удара по мячу, запомнилось больше всего.
— Я хочу, чтобы ты атаковала мяч, Меррит. Ожесточись.
Не все поймут, но “Ожесточись” была одной из лучших фраз, которые ей сказала мама за всю жизнь.
Внезапно Меррит стало ясно, как ей следует поступить.
— Итан, у тебя есть пистолет? — спросила она.
— Возможно, — ответил он.
— Выйдем на балкон?
Итан с готовностью последовал за Меррит к французским дверям.
