Я стоял у руля моей индивидуально подобранной спортивной машины, напоминающей игрушку, когда-то принадлежавшей сыну нефтяного шейха. Температура жара и неловкость в теле заставляли меня потеть, но я продолжал терпеть, задумываясь о своем переполненном проблемами состояние....
В конце концов мы вышли в более просторное помещение, откуда направо уходил другой тоннель. Там собралась еще одна группа негров в куртках. Их выкликали по списку.
- Их смена закончилась, - все так же отрывисто объяснил Лозенвольдт. - Их проверяют поименно, чтобы убедиться, что никто не остался под землей, когда начнутся взрывы.
- Какие взрывы, дорогуша? - рассеянно поинтересовался Конрад.
Специалист покосился на него с отвращением.
- Породу приходится взрывать. Кирками ее не раздолбишь.
- Но я думал, дорогуша, что это золотая шахта! Неужели для того, чтобы добыть золото, приходится устраивать взрывы? Я полагал, что вы просто разгребаете щебенку и вымываете из нее золото…
Взгляд Лозенвольдта выражал крайнюю степень презрения.
- Так можно добывать золото в Калифорнии, на Аляске и в некоторых других местах. В Южной Африке золото под ногами не валяется. Здесь оно присутствует в виде микроскопических частиц в породе. Приходится взрывать золотоносный слой, поднимать его на поверхность и подвергать сложной многоступенчатой обработке, чтобы добыть из него драгоценный металл.
Похоже, все мы были ошарашены. У Данило прямо-таки челюсть отвисла.
- На некоторых шахтах в нашем Одендалсрюсском золотоносном бассейне, - продолжал Лозенвольдт, словно не замечая нашего изумления, - для добычи одной унции золота достаточно поднять на поверхность всего полторы тонны породы.
Родерик огляделся.
- И все золото было добыто отсюда? И оттуда, откуда мы приехали?
Теперь и на него посмотрели с жалостливым презрением.
_ Штольня проложена не в золотоносной породе. Она просто ведет к тому месту, где залегают золотоносные слои, которые находятся в этой части шахты. Они расположены на глубине более четырех тысяч футов.
- Великий боже! - сказал Конрад, выразив наше общее мнение.
Лозенвольдт неохотно продолжал свою лекцию, но аудитория слушала как зачарованная.
- Жила - то есть золотоносный пласт - залегает тонким слоем. К югу она уходит в глубину. Глубже всего она залегает под Велкомом. Она тянется примерно на восемь миль с востока на запад и примерно на четырнадцать миль с севера на юг, но толщина ее неравномерна. Наибольшая - примерно три фута, а на этом участке пласт не толще тринадцати дюймов.
