Дик Фрэнсис оказывается в неволе в спортивной машине, скованной наручниками. Взаимодействие с Хромовой Джейн Колдри и Кристофером Колдри порождает напряженную ситуацию. Напряжение усиливается в ходе событий, связанные с ключом и загадочными обстоятельствами.
Раздел Chitat.online для книги «Дьявольский коктейль» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Дик Фрэнсис оказывается в неволе в спортивной машине, скованной наручниками. Взаимодействие с Хромовой Джейн Колдри и Кристофером Колдри порождает напряженную ситуацию. Напряжение усиливается в ходе событий, связанные с ключом и загадочными обстоятельствами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дик Фрэнсис Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Дик Фрэнсис оказывается в неволе в спортивной машине, скованной наручниками. Взаимодействие с Хромовой Джейн Колдри и Кристофером Колдри порождает напряженную ситуацию. Напряжение усиливается в ходе событий, связанные с ключом и загадочными обстоятельствами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ивен быстро расправился с паэльей, которую подали следом за супом, и решительно отодвинул пустую тарелку.
- Итак… - начал он.
Все умолкли, готовые слушать. Ивен всегда говорил громко, голосом, звенящим от внутренней энергии. Невозможно было находиться в одной комнате с ним и не слушать его.
- Как вам известно, фильм, который мы снимаем, называется «Человек в машине».
Да, это нам известно.
- И, как вам известно, машина фигурирует почти в половине уже отснятых эпизодов.
Это мы тоже знали, и куда лучше его, поскольку участвовали в съемках с самого начала.
- Так вот… - Ивен сделал паузу и оглядел стол, привлекая общее внимание. - Я поговорил с продюсером - он согласен… Я хочу перенести акценты. Изменить все впечатление от фильма. Теперь в нем будет не одна ретроспекция, а несколько. Они станут перемежаться эпизодами в пустыне, и каждый такой эпизод должен будет создавать впечатление, что дни идут и герой теряет силы. Спасение не придет. Так что, Стивен, - он посмотрел на второго актера, - боюсь, это означает, что ваша роль выпадает вообще. Но, разумеется, обещанный гонорар вам все равно выплатят.
Он снова обратился ко всей съемочной группе:
- Те миленькие сценки воссоединения с девушкой, которые снимались в Пайнвуде, мы выкинем. Фильм завершится кадрами, противоположными тем, что идут вначале. То есть сперва машина крупным планом с вертолета, потом она постепенно удаляется и наконец становится лишь точкой на равнине. В самом конце появится крестьянин, который идет по гребню холма, ведя под уздцы осла. И каждый зритель сможет сам для себя решить, спасет крестьянин героя или пройдет мимо, не заметив его.
Ивен прокашлялся. В зале царило молчание. Все внимательно слушали.
- Конечно, это означает, что нам придется гораздо дольше проработать здесь, на местности. По моим расчетам, мы пробудем тут еще около двух недель, может быть, больше, поскольку придется сделать гораздо больше эпизодов с Линком в машине.
Кто-то застонал. Ивен яростно глянул в ту сторону. Недовольный немедленно заткнулся. Высказаться вслух решился один только Конрад.
- Хорошо, что я буду за камерой, а не перед ней! - лениво заметил он. - Линк уже вымотался.
Я ковырял вилкой два последних куска курятины, не видя тарелки. Конрад смотрел на меня в упор - я чувствовал его взгляд. И не только его. Все уставились на меня. Мое актерское мастерство заставило их дождаться, пока я прожевал еще один кусок, запил его глотком вина и наконец посмотрел на Ивена.
- Хорошо, - сказал я."
"По группе пробежал легкий ропот. Я осознал, что они все сидели, затаив дыхание, и ждали скандала века. Но если оставить в стороне мои собственные чувства, следовало признать, что с точки зрения киноискусства Ивен прав. Он был бесчеловечен, но его профессиональному инстинкту я доверял.
