Семен Маркович, сгорбившись над толстым томиком, наконец поднялся и осознал, что время прошло как в магическом замысле. Словно океан бесконечности выхватил из его жизни несколько часов, оставляя лишь пустоту для мыслей и желаний. Внезапно он устремился к библиотеке, где книги казались не только источником знаний, но и путеводными ориентирами в безвыходной тьме вечности....
Посте того, как проем был освобожден и в комнате появился свет, работать стало гораздо веселее. Первым делом очистив помещение, друзья натаскали в комнату отобранные из развалов церкви кирпичи, а с берега Волги глину. Из-за отсутствия емкости пришлось замешивать последнюю прямо на полу под окном. Это разумеется лишняя грязь, но выбора практически не было. Не будешь же таскать ее единственной имеющейся емкостью котелком. И так, пока натаскали воды, для нее основательно упарились. Опыта по кладке у Длинного не имелось, так чисто визуальный, а о приятеле и говорить не стоит.
Почти каждое утро начиналось с того, что Длинный уходил на промысел в город, а Леха занимался рыбалкой, а чуть позже готовкой обеда. Длинный же занимался, как он говорил, осмотром «достопримечательностей», ну и попутно, что-то добывал к ужину. Иногда это были пара булочек, несколько яблок, однажды притащил неизвестно откуда взятые два арбуза.
— Так это же арбузы, Лех! Ты, что никогда не видел их?"
"Удивлению Длинного не было предела.
