В Нашкоре было солнечно и бесцветно. Смерть стала лишь началом для Алины, когда она осознала, что жизнь после могла быть даже более испытательной. Раздвоенный язык перед глазами заставлял верить в нечто большее, чем просто смерть.
И, что хуже всего – он совсем не глупый. Даррен из тех, кто сможет сложить два плюс два и сделать правильные выводы. Все те малые козыри, что были у меня на руках, терялись под гнётом обстоятельств. И перед глазами Ледяного Короля, в его спальне, я предстаю всё также беззащитно – обнажённой. Почти без оружия, увы.
Моё единственное оружие – тело, игра на мужской похоти. Сработает ли это с тем, чей разум покрыт вечными льдами? Очень сомнительно.
От мыслей отвлекла Алея. Распорядительница суетливо появилась в моих покоях, приказывая заносить многочисленные одежды и ткани, любые из которых я могла выбрать для похода к Аскеросу.
По губам пробежалась кривоватая усмешка. Вы все так забегали, когда дело касается «этого» человека. Настолько боитесь?
Одежды в основном красного цвета. И это правильно. На алом не столь хорошо видна кровь.
* * *
Выбор, наконец, был совершён. В знакомые покои я шла в развивающихся одеждах золотого цвета, струящихся тонкими вуалями, за которыми угадывались очертания тела.
Длинные рыжие волосы распущены, скользя по спине и тихо шурша.
Свобода, свобода… Её не хватает даже в таких мелочах.
Покои Ледяного Короля как всегда были мрачными и пустынными. Я невольно вздохнула, собираясь с мыслями. Внешний вид – безупречен, как и всегда.
Я не боялась секса. Это что-то обыденное, к чему меня давно готовили в Храме. Я боялась, что он придушит меня во время предварительных ласк.
… У Короля глаза, что камень малахит – яркие, но бездушные.
Двери в спальню приоткрыты. Он словно и не особо ждёт. В этом чудится какая-то издёвка, что подстёгивает расправить плечи и смело войти внутрь.
Даррен Аскерос сидел в кресле, а его серебристые волосы свободно струились по плечам, создавая какой-то особенный ореол холодности. Красивый, правда. Наверное, самый красивый мужчина, которого я только видела в этом мире.
— Всё же пришла, - не вопрос, утверждение. И тон на грани оскорбления.
— Разве я в силах отказать Его Величеству? – улыбаюсь так широко, аж скулы сводит.
— Те, кто мне отказывали, по обыкновению жили недолго, - мужчина безразлично пожимает плечами.
Я чувствовала, как его хищный изучающий взгляд пронизывает меня насквозь. Сквозь одежду, под кожу, в нутро самое.
— Делай то, зачем пришла. Раздевайся.
Бешенство вспыхнуло где-то в душе.
