Старая, как мир, история. Ботаник и мажор, разные слои общества, разный взгляд на мир. Но иногда приходится забыть про гордость, когда ты по уши в долгах, а твою задницу оценили в пару тысяч фунтов. Говорят, девственниц охотно покупают на торгах. Как насчет девственников? Все персонажи совершеннолетние, и данная книга не рекомендуется к прочтению лицам, не достигшим 18 лет. Содержит нецензурную брань....
После суда они все поехали домой к родителям Макса, обсудить все и, конечно, отпраздновать.
Фернан заказал ужин из проверенного ресторана, и они вшестером – Гидеон, Макс, его родители и два главных адвоката подняли бокалы с шампанским, торжествуя победу.
А потом внезапно Фернан поднял бокал за Гидеона.
– Если бы не этот молодой человек, оказались бы разрушены многие жизни, – сказал он.
Но все остальные охотно поддержали его тост, особенно Макс. Он обнял любимого и поцеловал его в щеку.
– За тебя, мой любимый будущий муж! – Из-за всех этих событий подготовку к свадьбе и ее саму пришлось отложить.
– И за тебя, любовь моя. У нас все причудливо сложилось, – Гидеон поцеловал его.
– Теперь все будет очень хорошо, – пообещал Макс, счастливо улыбаясь.
Теперь он был реабилитирован, но, кажется, нашел себя абсолютно во всех смыслах и не хотел бы ничего менять.
– Ты… ты так и останешься администратором? – спросил Гидеон тихонько. – И в нашей квартире?
– Ну, во всяком случае, в ближайшее время, – кивнул Макс. Зарплата теперь у него была весьма приличная. – А что касается квартиры, я хотел предложить продать ее, сложить деньги с моей компенсацией и купить побольше.
– Но только что-то недалеко от клиники, – ответил он. – Ты не против?
– Наоборот. Я и сам хотел предложить что-то поближе, чтобы ты быстрее домой возвращался, – улыбнулся он.
– Хорошо, – Гидеон улыбнулся ему. – Боже, как же я тебя люблю… – он сжал руку Макса. – И как я рад, что теперь все будет хорошо.
– Я тоже этому ужасно рад, малыш, – он теснее прижался к любимому, зная, что именно он – Гидеон – главная победа в его жизни, а совсем не сегодняшний суд.
Ботаник, когда-то стоивший ему несколько тысяч фунтов, оказался дороже всего на свете, дороже любых ценностей. И Максимилиан собирался беречь свое сокровище до конца жизни.
Конец."
