Автор
В дневнике попадается девушка с ироничным упрямством Полина, которую окружающие считают неуклюжей. Вдруг она оказывается в совершенно другом мире — полном загадок и возможностей. Начало было бы трудно поверить, но оно лишь начало длинной истории необычных приключений и открытий для этого заблудшего дитяти....
— Но и не мало. А если ещё рядовых воинов посчитать, которых обычно приходится не меньше, чем по десятку на одного мага…
Я забрала бутылку, тоже сделала глоток и уточнила:
— То есть ты хочешь сказать, что если бы мы пошли туда, куда изначально планировали, то попали бы прямо к ним в руки?
— В лапы. — Лео наконец посмотрел на меня. — У зверей не бывает рук."
"Глава 5
Доброе, блин, утро, дорогой дневник
Мы брели дальше. Я, дорогой дневник, скорее ползла. Но ползла упорно. Лео тащил меня за руку, а я тащилась за ним.
Устаревшая модель.
У нас таких теперь не выпускают.
Но я отказалась. А что если он рухнет подо мной, как конь вороной? Что я без него здесь буду делать?
Хоть убей, дорогой дневник, я не помню, как мы нашли эту пещеру.
И маг, к прочим его достоинствам.
Но когда он неожиданно втянул меня в какое-то тёмное пространство — после камингаута родонских магов наш огонёк-фонарик Лео потушил, — я прямо в голос застонала от облегчения. И рухнула на перину прямо с разгона. Не знаю, как Леонарду успел её туда уложить.
Какой мужчина, дорогой дневник! Какой мужчина!
Мне б такого!
Меня хватило только на то, чтобы это подумать.
И отключиться.
Пробуждение было мучительным. Я несколько раз пыталась прийти в себя, а потом снова отключалась. В итоге проснулась от мерного стука капель.
Веки, судя по ощущениям, опухли от вчерашнего едкого дыма. Всё тело ныло. Губы высохли и потрескались. Во рту стояла горечь.
Я выбралась из-под горячей руки Лео и поняла, что надеть сейчас лапти бренда «Лео та Бертану» себя не заставлю. Пятки были стёрты в кровь.
Зато очень хотела уединиться.
Ничего, босиком пробегусь.
— Не ходи наружу. Там дождь, — сонно проговорил Лео, не открывая глаза. — Лучше вглубь рудника пройди.
И повернулся на другой бок.
Я, наконец, огляделась.
Тусклый утренний свет падал из… ну пусть будет «дверного проёма», хотя по размеру это были скорее ворота. Стены и потолок были укреплены бревнами.
