Дневник Сестры: Алика скрывала свой ужасный образ за привлекательной физиономией и подчёркнутыми личными секретами. В её жизнь вмешался нежданно-негаданый искривленный нож и загадочный амулет, открывшие тайны её страшного прошлого.
В дневник, на самую последнюю странице ты должна будешь вложить бумагу с электронным текстом – описанием этого самого дома, где сейчас находится твоя сестра. Чтобы твои родители думали, что она сама вложила бумажку. Утром скажешь, что нашла дневник где-нибудь в гостиной или, например, за книгами в библиотеке отца. Сам дневник находится здесь, на крыше. Проснешься – и сразу возьми его, не медли. От входа нужно повернуть налево и идти до того места.
Она показала рукой на кирпичное ограждение, разделяющее крышу на две части.
– Запомни. Просто отодвинь его. – Сказала женщина. – Там будет углубление. И там же будет лежать дневник.
– Да.
– Ни слова о том, что тебе снилось. Иначе – твоей семье будет плохо. А теперь прощай. Помоги сестре.
– Но… кто вы? – Едва слышно спросила я, чувствуя, как яростный стук становится все громче, а головокружение и слабость – сильнее.
Женщина улыбнулась и начала растворяться, не забыв повторить напоследок:
– Никому.
– Постойте… – Мои руки ослабли сами собой, хотя я отчаянно хотела ухватить тающую женщину с глазами-льдинками, чтобы она не уходила от меня. – Постой…те.
Кажется, все это время стучало мое сердце.
Мои веки потяжелели, закрылись сами собой, а когда я уже проснулась, то поняла, что до сих пор сижу в своей комнате. С наушниками, в кресле, неудобно свесив ноги, и отлежав руку.
– Ох. Как же я так уснула? – Пробормотала я, снимая наушники, в которых до сих пор хрипло пел любимый певец очередную злую песню про неразделенную любовь, месть и страдания.
Шел уже первый час ночи.
Первые несколько минут я не помнила того, что мне снилось, терла уши, ходила по комнате, а потом память резко открыла дверь в свои покои, и в голову потоком хлынули последние воспоминания: сестра пропала, ссоры родителей, странный сон.
Сон…сон! Я замерла от неожиданности и внезапно накатившего страха.
Мне редко снятся сны, я редко засыпаю вот так: в кресле, под музыку, в неудобной позе. Неужели на меня так сильно повлияло исчезновение Алики?
Я потерла мигом запылавшие щеки. Когда мне страшно или стыдно – моя кожа на лице горит, но, к счастью, не краснеет.
