В этих дних ждет тебя невероятная мгновенная идиллия, но также грустные воспоминания о прошлом. Слова Микита Франко создают атмосферу нежной и глубокой человеческой взаимности, словно влюбленность до четырех лет не ускользает из памяти. Книга Дни нашей жизни — это сердечный поднос, отдающийся эмоциями любви и горя....
Похоже, «Дни нашей жизни» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Наблюдая за этим, я чувствовал, как в моей голове что-то трещит. Сейчас я думаю, что это был шаблон. Раньше, вживую, я ничего такого не видел. Я только видел, как ужасно неприятно и слюняво целуются в фильмах, и думал, что никогда в жизни не буду ничем таким заниматься.
Слава и Лев долго не могли прийти к единому мнению на этот счет. Закрывали двери и начинали выяснять, кто прав, кто виноват (и еще раз, взрослые: не существует таких межкомнатных дверей, способных изолировать ребенка от ваших суперсекретных разговоров!).
– Ребенок должен видеть, что люди в одной семье любят друг друга и могут это друг другу показать, – говорил Слава. – Иначе он сам никогда не научится проявлять чувства.
– Ну, наверное, его надо учить не на таких примерах. – Лев говорил намного тише, чем Слава, и к нему надо было усиленно прислушиваться.
– А чем мы плохой пример?
– А ты не понимаешь? Там, на улице, другой мир, не тот, который мы тут вокруг него создали.
– Реальная жизнь? А мы что, нереальны?
Слава говорил настойчиво, с нажимом. Лев – будто бы защищаясь.
– Ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать…
– Я понимаю, что ты хочешь сказать, – соглашался Слава. – Я не понимаю, почему ты это говоришь. Ты собирался всю жизнь играть в друзей?
– Ничего я не собирался, – раздражался Лев.
Стало тихо. Скрипнул стул.
Наверное, то, что я тогда почувствовал, можно сравнить с мыслями ребенка, который узнал, что должен был стать абортом. Они меня не хотели.
Я заплакал. Тихонько, чтобы не привлекать внимания.
После тишины, продлившейся больше вечности, Слава наконец произнес:
– Семья – это то, что с тобой навсегда. Вещи, красота, партнеры пришли и ушли, а семья никогда не уйдет. Он – моя семья.
– Планировал, я не это имел в виду! – быстро ответил Лев.
Шаги зазвучали ближе, и я метнулся к коробке с игрушками – делать вид, что упоительно играю и ничего, совсем ничего, вот даже чуть-чуть, не слышал.
Уже открыв дверь комнаты, Слава обернулся на пороге и сказал:
– Тогда я больше не хочу этого слышать.
Они не разговаривали до вечера, а у меня не очень получалось чем-то себя занять.
