В этих дних ждет тебя невероятная мгновенная идиллия, но также грустные воспоминания о прошлом. Слова Микита Франко создают атмосферу нежной и глубокой человеческой взаимности, словно влюбленность до четырех лет не ускользает из памяти. Книга Дни нашей жизни — это сердечный поднос, отдающийся эмоциями любви и горя....
Похоже, «Дни нашей жизни» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И, вручив ее, сказали родителям:"
"– Надеемся, вы не растите ребенка в глупых гендерных стереотипах, среди машинок и солдатиков. – И оба почти одновременно натянуто улыбнулись.
Серьезно, они будто шагнули в нашу реальность из какого-то ситкома.
Я сдержанно поблагодарил их за куклу, уже прикидывая, на что ее можно обменять. Конечно, фанатом машинок и солдатиков я не был, но и куклы меня нисколько не привлекали.
Когда мы шли до кафе, Гриша и Гоша задавали мне странные вопросы:
– Ну, как ты ее назовешь?
– Никак, – отвечал я.
В девять лет я уже никак не называл игрушки, да и любил их всё меньше и меньше.
– Он у вас такой бука, – елейно произнес Гриша и потрепал меня за щеку.
Я резко – пожалуй, слишком резко – отпрянул от него, отбежал к родителям и схватился за Славину руку.
– Он не любит, когда его трогают незнакомые люди, – пояснил Слава.
– Ой, я вообще сразу заметил, что он у вас очень закрытый, замкнутый. – Тут Гришу понесло.
– Да замолчи уже… – вдруг негромко, но очень четко сказал Лев.
– Что, прости?
– Ты слишком много говоришь о том, что тебя не касается, не заметил? Закрой рот, – повторил Лев.
Он говорил это очень спокойно; таким же тоном можно было сказать, что сегодня хорошая погода или что Лондон – столица Англии.
– Не будем ругаться, хорошо?
Эту затею надо было оставить уже тогда, но почему-то мы все-таки дошли до кафе. Ситуацию спасли только Славины дипломатичность и способность перевести разговор на нейтральную тему.
В течение часа, проведенного с ними, возникло ситуаций десять, которые едва не привели к скандалу.
Во-первых, Гоша называл всех нас «котиками»: и меня, и моих родителей. Когда он в третий раз обратился так ко Льву, мне показалось, что у того задергался глаз.
