В нежной дуплатке романтики и остросюжетного приключения, "ДНК гения" поднимает вас над поверхностью обычной жизни. Играя со слухом, вы становитесь свидетелями невероятных телефонных разговоров, где каждое слово стоит целую страницу истории. Взаимодействие между двумя загадочными персонажами — это не просто обмен информацией, а тончайшая панорама человеческой души в ее крайней точке: то смутный страх, то непреоборагаемая улыбка....
Разумеется, скомканные и влажные бумажные салфетки, в которые сморкался расклеившийся аллергик Предоляк, отправились не в мусорный бак, а в полезную экосумку – в специальный медицинский контейнер, загодя купленный Наткой в аптеке.
– И все-таки это была гениальная идея, – похвалила она сама себя, тепло попрощавшись с Василием.
Тот долго жал ей руку, грустно заглядывал в глаза, спросил зачем-то телефонный номер и наконец убрел восвояси, печально чихая на каждом шагу.
– Ну вот, один есть, – хищно улыбнулась Натка, погладив медицинский контейнер в сумке.
Ночью неправильной бабке стало плохо.
Говоров проснулся от стука в стену и успел еще спросонья обругать соседей – хозяйка квартиры слева сдавала ее посуточно, так что стуки, скрипы и стоны из-за стены доносились постоянно.
Пока до Никиты доходило, где он сейчас находится, он зачем-то постучал в ответ, как будто ожидая, что неправильная бабка сообщит ему еще что-то морзянкой – словами она за день выдала такую гору информации, что к вечеру Говоров почувствовал себя заживо погребенным под грузом семейной истории.
Ответного стука не последовало. Никита посмотрел на дисплей мобильника – было начало первого – и еще немного полежал, соображая, уместно ли будет среди ночи ввалиться в старухину спальню с включенным фонариком и вопросительно выгнутыми бровями. Потом, откровенно сомневаясь в том, что – да, уместно, все-таки встал и пошел посмотреть, как там бабка.
Она уже не стучала, лежала навытяжку и тяжело, с хрипами, дышала. Говоров позвал ее, окликая и по имени-отчеству, и, как в детстве, бабусей, никакого отзыва не дождался, плюнул на реверансы и позвонил сначала соседке Вере, а потом в «Скорую».
– Вы, Никита Андреевич, только не паникуйте раньше времени! – И Говоров понял, что паниковать как раз пора, у бабки все плохо.
Приехавшая «Скорая» это подтвердила и без проволочек увезла старуху в больницу. Говоров тоже туда поехал, но только всем мешал – его не пустили дальше коридора приемного отделения, да и оттуда очень скоро вытеснили со словами «идите-ка вы на свежий воздух, тут у нас все больные, не надо вам здесь…». В качестве неопровержимого аргумента была резко выдвинута швабра с мокрой тряпкой, изрядно поездившей по говоровским ногам.
