В нежной дуплатке романтики и остросюжетного приключения, "ДНК гения" поднимает вас над поверхностью обычной жизни. Играя со слухом, вы становитесь свидетелями невероятных телефонных разговоров, где каждое слово стоит целую страницу истории. Взаимодействие между двумя загадочными персонажами — это не просто обмен информацией, а тончайшая панорама человеческой души в ее крайней точке: то смутный страх, то непреоборагаемая улыбка....
Он помещался в уютном московском дворике, на первом этаже старого дома, соседствуя с кофейней с одной стороны и офисом турагентства с другой. Для конспирации Натка взяла в кофейне американо навынос и уже со стаканом в руке устроилась на лавочке в палисаднике с хорошим видом на интересующий ее объект.
На подступах к модной цирюльне высилась рекламная стойка-раскладушка, сплошь аккуратно исписанная белым по черному – мелом по доске.
«Модные мужские стрижки и бритье. Качественно и недорого.
Ценник ей не понравился, но подарил перспективную идею.
Допив кофе, Натка приступила к активным действиям.
На двери барбершопа висела табличка «Закрыто», рядом объяснением причины пестрела афиша модной недели в Милане – в ее нижней части кто-то жирным красным маркером обвел в списке партнеров мероприятия название барбершопа «Свое лицо».
Добрые люди, жаждущие качественной стрижки и недорогого бритья, модную цирюльню не осаждали, никакой очереди поблизости не наблюдалось. За стеклянными стенами сиротливо пустовали кресла сложной конструкции, между ними прогуливался со шваброй тонкий юноша с затейливо вздыбленными волосами. Голубоватыми, как у Мальвины! Прическа и телосложение прекрасного Мальвина наводили на мысль о том, что со своей шваброй юноша может быть в близком родстве.
Дверь Натке Мальвин открыл не сразу. Сначала он долго тыкал пальцем с неброским аккуратным маникюром в табличку «Закрыто», разводил руками и виновато улыбался.
Натка настойчиво отстучала по двери весь первый куплет «Интернационала» – «Вставай, проклятьем заклейменный» и далее по тексту, и только тогда прекрасный Мальвин перестал улыбаться. И швабру свою перехватил как-то очень агрессивно, в духе кинофильмов с Джеки Чаном.
Натка не сдалась («Интернационал» к тому обязывал) и все-таки достучалась – наконец ей открыли. Тогда она тоже виновато улыбнулась и сказала:
– Извините меня, пожалуйста, я вижу, что вы закрыты, и понимаю, что тут обслуживают только мужчин, но у меня большая-пребольшая проблема…
«С головой», – судя по выражению его лица, хотел бы добавить молодой человек, но, видимо, воспитание ему не позволило.
