«Наталья зато не смотрит на меня как на сволочь, коим я стал себя считать в последнее время. Она смотрит на меня с благодарностью, что я помог в лечении. Наталья не осуждает меня за то, что я стал редким гостем и появляюсь лишь по вечерам, когда Диана уже спит, и то, я прихожу не каждый день. Вторая неделя подходит к концу, а малышка всё ещё испытывает боль…»
« — С вашей девочкой всё хорошо, — отвечал доктор на мои вопросы, почему ей не становится легче. — Так и проходит выздоровление. Взрослые бы уже не плакали, но не забывайте, что Диане всего год. Послеоперационный период всегда очень болезненный, но он пройдёт. Просто наберитесь терпения».
Пока я занимался самоанализом и рефлексией, зазвонил телефон. Звонок вырвал меня из этого депрессивного состояния.
— Инесса… — произнёс я хмуро.
«Какого чёрта ей надо?»
— Да! — ответил резко.
— Макар, любимый, прости, что прерываю твои очень занятые дни, что ты даже не нашёл минутки мне позвонить и пообщаться, но у меня срочное к тебе дело. — Как я раньше не замечал, что у неё очень высокий и неприятный голос, а её протяжные гласные? Её манера говорить просто ужасна.
— Говори, только быстро, — сказал я, пропустив мимо ушей упрёк. Мне было плевать на её «нежные» чувства.
— Я получила документы о разводе! — выпалила Инесса весьма взволнованно. — Макар, любимый, что это значит?!
Поморщился, когда она произнесла «любимый».
— Это значит, что я с тобой развожусь, — ответил ей на вопрос.
— Но почему?! Макар, что произошло? Мы же с тобой были так счастливы вместе, у нас всё было хорошо, пока в нашем доме не появилась эта… эта оборванка с ребёнком! Это она, да?! Это она тебя подговорила развестись со мной?! Макар, милый, я же люблю тебя…
— Хватит! — оборвал её. — Я не обязан тебе объяснять, что произошло. Я думал, ты сама всё поймёшь, но видимо, ты либо слишком глупа, чтобы это осознать, либо делаешь вид. Сделай одолжение, Инесса, просто подпиши бумаги и на этом всё. Прощай.
— Нет! Стой! Не вешай трубку! Хорошо! Раз так, раз ты решил, что я недостаточно хороша для тебя…
Я рассмеялся над её последней фразой.
— В договоре указано, что я остаюсь ни с чем! Макар, так не пойдёт, я имею право на половину всего имущества! Я твоя законная жена, между прочим!
— Имела бы право, Инесса, — произнёс я с усмешкой. — Если ты забыла, «дорогая», то в брачном договоре чёрным по белому прописано, что если ты изменишь мне, то останешься ни с чем.
— Что… — кажется, Инесса, потеряла дар речи.
