Автор
Елена Николаева предлагает читателям вспомнить о прошлом, когда главный герой, проклятый романтик Жека, был готов на все за любимую женщину. После аварии жизнь разделила на "до" и "после", но тайна его прошлого остается неизменной — она поджидающая гроза, когда приближается срок беременности супруги, а Жека наконец-то решится вернуться к тому, что упустил....
Давно не ходили по девушкам?
— Яна, а что по вашему должен сказать интересный мужчина симпатичной молодой девушке во время знакомства, чтобы не получить отказа?
— Зачем Вам мой совет? Судя по виду, Вас интересует однодневная аренда, но если бы Вы знали женщин хоть чуточку лучше, то догадались бы, что я намекнула оставить меня в покое. Удачной охоты, Евгений.
Господи, мне кажется, я сейчас сойду с ума…
Тот трагический вечер полностью пронёсся перед глазами."
"…Наше первое знакомство, жаркая пощёчина и неистовый поцелуй… Её аккуратная окровавленная ступня.
Это была она. Моя маленькая, напуганная до чертиков, Мышка…
— Платье… — стону, выныривая из какого-то всепоглощающего тумана.
— Что? — Герман пытается понять мой посыл.
— Платье Яны, — повторяю, сглатывая болезненный ком. Во рту неприятно сушит. — Это напоминалка о прошлом. Она пыталась мне напомнить нашу первую встречу.
Открываю глаза и, не смотря на то, что передо мной нависает фигура безопасника, заслоняя собой от посторонних, чётко вижу остальные события.
…Скорая, её слёзы, похороны Виктории, взрыв преследовавшей нас тачки на железнодорожных путях, горячий секс в душевой, воспоминания о котором даже сейчас заставляют кожу реагировать, полыхать огнём...
Всё. Дальше снова тупик.
— Выпейте воды, — пластиковый стаканчик втискивается в мою дрожащую ладонь.
Пью, опрокидывая всю жидкость в себя.
Перевожу дыхание, улавливая голос Зиминой где-то рядом.
— На сегодня интервью закончено. Прошу покинуть палату Стеллы Маратовны. Давайте, ей нужен отдых. Потерпят фанаты. Ничего с ними не станется!
— Данила, — подзываю второго охранника и взглядом даю понять, чтобы оградил меня от фотокамер. Этим слово скажи, и они его исковеркают во благо шоу-бизнеса, как посчитают нужным.
Герман заходит первым, я за ним.
— О, Боже, сам Захаров пожаловал! — обернувшись в нашу сторону, журналистка привлекает внимание остальных.
— Без комментариев, — отвечаю, врезаясь взглядом в Борисовского, который с не меньшим презрением рассматривает меня. Безмолвный обмен происходит недолго.
