Вдохновленная последними событиями в зале, Анна Седакова набирает новый проект — роман о девушке с необычными магнитами для ума и сердца. "До пепла..." раскроет тайны психики женщины, заставляющей всех вокруг плеваться ею одновременно и восхищаться издалека. Атмосфера книги словно маскирует невыносимые переживания героини в коктейль из жестокости и расточительства, непрекращаемой заботы о близких и неожиданной способности выжигать все вокруг до последней капли....
В животе боль адская, не физическая, но от того не менее реальная. Как бы ей Пархомова забыть?! Как самой послезавтра с ним один на один в кабинете остаться и сделать вид, что и Тоне наплевать на него с высокой колокольни?!
Напрочь про Дениса забыла. Невнятно кивнула на это прощание, уже не присматриваясь, что там у «жениха» в глазах, вернулся к своим сборам, пробормотав:
— Пока, — когда Денис вышел.
Что он ей ответил, Тоня вспомнить была не в состоянии.
Глава 23
на следующий день
— Б****!!! — было такое ощущение, что у него мозги в голове взорвались, раскрошив череп.
Почти не контролируя это бешенство, Дамир с размаху впечатал кулак в стол. Он должен был хоть как-то всему дать выход, иначе крышу просто снесет! Трясло всего.
— Я понимаю… — Чехов мрачно стоял в углу, словно подпирая стену сгорбленными плечами.
— Ни хера! — рявкнул зло Дамир, готовый это бешенство сорвать на ком угодно.
— У Ники послезавтра День рождения, — не подняв головы, отрезал Санек. — И я тоже должен всего лишь подарок послать… А так надеялся, что хоть поговорим, возможно, сумею в этот раз правильно все сделать… — Чехов тяжело выдохнул, не двинувшись с места. — Так мне еще лет сто не заслужить ее прощения. И по фигу, что теперь не моя вина, Нике-то этого не узнать…
— Бл***, прости, Саня! — в сердцах ругнулся Дамир, по-новой ощутив острый укол совести и сожаления.
Даже виной прошло по вискам.
Чехов лишь мотнул головой, словно принимая эти извинения.
Да, у друга ситуация не легче. Сам в свое время столько намутил, до сих пор разгрести не мог. И тупил так, что и Дамир его иногда встряхивал… хоть и не понимал тогда, чего скрывать… Сейчас… Все равно многое для него вопросом осталось, особенно теперь, ведь не было угрозы, как нынче.
Сам Чехов всегда признавал, что виноваты лишь гордыня и молодая дурость, за которую до сих пор расплачивался.
