Вдохновленная последними событиями в зале, Анна Седакова набирает новый проект — роман о девушке с необычными магнитами для ума и сердца. "До пепла..." раскроет тайны психики женщины, заставляющей всех вокруг плеваться ею одновременно и восхищаться издалека. Атмосфера книги словно маскирует невыносимые переживания героини в коктейль из жестокости и расточительства, непрекращаемой заботы о близких и неожиданной способности выжигать все вокруг до последней капли....
— уколола с издевкой.
Удар пульса по вискам. Еще один…"
"И весь сарказм разом сдулся, а воздух кончился в легких, когда тяжелая и горячая рука Дамира опустилась на затылок, дернула Тоню в бок, развернув ее лицо к мужчине. Он полыхнул глазами и впился в ее рот без всякого предупреждения! Заставил задохнуться. Вновь, как когда-то, дышать горьким дымом, что Дамир выдохнул в ее распахнувшиеся губы, его мускусным ароматом с нотками цитрусов!
Сигарета обожгла кожу, разжала пальцы. Та упала… куда-то. Черт с ней, кругом бетон! А Дамир ее зависимость похлеще никотина!
Сходу ворвался языком между губ Тони, кусает.
Застонала горлом. Обхватила его шею обеими руками, закинула ногу на его бедра заставив и Дамира о сигарете забыть.
Научила, на свою голову, целоваться! Лучше бы и дальше считал это недостойным своей гордыни… И как-то уже кристально ясно, что одним минетом они сегодня не ограничатся.
Дамир чуть приподнял ее, так, что Тоня на его туфли и второй замерзшей ногой опереться вынуждена оказалась. А ему будто бы мало! Сжал с такой дикой силой, словно пытался в себя вдавить, реально одним целым их сделать! Нападает на губы Тони с такой нуждой сейчас, одному ему свойственной жадностью, напором! Точно варвар, что не подчинен никаким законам, кроме собственного права обладания всем, что захочет! Как же она соскучилась по нему! Вцепилась в плечи Дамира, обвила его шею рукой, кажется, царапая затылок, но Тоне уже без разницы!
— Я дико соскучился, моя птичка! — словно вторя мыслям Тони, вдруг выдохнул Пархомов ей в рот, прикусив нижнюю губу.
Ошарашил, что есть, то есть.
Вновь жадно с поцелуями набросился, будто, подобно самой Тоне, не имел сил прерваться! Дышал ею! И она задыхалась, если Дамир отстранялся, сама его дыханием дышала — одни легкие на двоих! Одно сердце, грохочущее где-то посредине между их грудными клетками…
Только вот боли в ее половине меньше не стало! Да и память не отрубило…
— Ты сам точку во всем поставил, Пархомов! — попыталась назад отшагнуть, на секунду отрезвило этой мукой, которой так и не сумела переболеть.
Но Дамир не позволил. Глаза в глаза смотрит так, что притягивает, как тот чертов магнит! Не разорвать этой силы его влияния на Тоню, словно и не было последнего месяца. Следом за ней шагнул… Спасибо, в сторону стены.
