Автор
В офисе турагентства в пятиэтажном здании по Обуховской улице тихо ложится черная завеса: смерть настигает двух клиенток. Календарь — его символические числа — переплетаются с ходом расследования, придавая рассказам неловкую ироничность. Вместе со слезами сотрудников выходит оскальдившаяся история на шесть этажей ниже, где жизнь вступает в полную силу, а смерть — только в миг....
Во-первых, потому, что перед моими глазами запрыгали разноцветные искорки, как следствие вчерашнего легкого сотрясения мозга. А во-вторых, на работу мне уже можно не ходить! Корнилова решила, что я со своей задачей справилась, поэтому в ателье мне больше делать нечего. Я ведь вчера толком ничего никому не объяснила. Едва ли не все сотрудники Дома быта видели, как Мазурова грузили в машину «Скорой психиатрической помощи», и все слышали, как он при этом громко признавался в своей причастности ко всему, что там в последнее время происходило криминального.
Клиентки обещали сегодня навестить меня и расплатиться окончательно. Это меня совсем не вдохновляло: мне предстояло жестоко разочаровать Корнилову и Бережковскую. Цепочка преступлений, для расследования которых они меня и наняли, пока что так еще и не была раскрыта.
Но кто же реально за всем этим стоит? На чьей совести смерти Частоколова, Синичкина и Дерябкина?
Я вновь улеглась в постель и задумалась над новой версией. Из моей головы не выходили странные визиты Земцова к арендаторам. Позавчера я предположила, что он решил использовать трагические события, происходящие в Доме бытовых услуг, для того чтобы разорвать контракты с арендодателями, не выплачивая им при этом неустойки, а впоследствии заключить с другими бизнесменами новые договоры – на более выгодных условиях.
