Автор
В офисе турагентства в пятиэтажном здании по Обуховской улице тихо ложится черная завеса: смерть настигает двух клиенток. Календарь — его символические числа — переплетаются с ходом расследования, придавая рассказам неловкую ироничность. Вместе со слезами сотрудников выходит оскальдившаяся история на шесть этажей ниже, где жизнь вступает в полную силу, а смерть — только в миг....
– Признавайся: кому ты проговорилась?
– Хорошо, я скажу, только уж вы меня не ругайте… Все равно она и сама уже догадалась… Я лишь подтвердила, что она права.
– Вы имеете в виду Баутину? – догадалась я.
– Да, ее, – виновато кивнула Наталья Петровна.
Ольга Николаевна грозно посмотрела на подругу.
– Ничего страшного, – улыбнулась я. – Я поняла, что Александра Львовна не поверила в мою легенду. Нам ведь приходилось с ней встречаться и раньше, когда я еще в прокуратуре работала. Главное, чтобы больше никто не знал, что я – частный детектив.
– От меня никто этого не узнает! – заверила меня Корнилова.
– От меня тоже, – сказала Бережковская. – А вот Баутина… Способна она держать язык за зубами?
– Думаю, да, но на всякий случай я с ней поговорю.
– Татьяна Александровна, вы уверены, что завтра окажетесь в состоянии выйти на работу, вам разве не требуется еще несколько деньков отлежаться? Когда я вчера везла вас на вашем «Ситроене» домой, вид у вас был такой, что не позавидуешь. Я хотела отправить вас в больницу, но вы не пожелали…
– Да, я уверена, что завтра смогу работать в полную силу.
– Ну, вам виднее. – Корнилова обескураженно развела руками. – Вы знаете, как именно начнете работать над новой версией?
– Версиями, – поправила я. – Не забывайте, у меня их две – похоронный бизнес и арендодатели!
– Мне кажется, – подала голос Бережковская, – что следует сосредоточиться на первом варианте. Земцов, конечно, вел себя странно, но для серьезных подозрений в его адрес этого мало.
– Я тоже так думаю, – поддержала подругу Ольга Николаевна. – Александр Ильич – старый больной человек, да и положиться ему в бизнесе не на кого. Как я вам уже говорила, его зять – законченный алкаш. Турковский-то далеко, в Санкт-Петербурге, у него портовый бизнес, доходы с этой аренды – для него это мелочь на карманные расходы.
– Для меня пока что обе версии равноценны, – сказала я и украдкой посмотрела на настенные часы. Корнилова перехватила мой взгляд.
– Татьяна Александровна, мы вас, наверное, сильно утомили. Все, мы уходим, только решим еще один очень важный вопрос. – И Наталья Петровна многозначительно посмотрела на Ольгу Николаевну.
Она встрепенулась, полезла в свою сумку и достала пухлый конверт:
– Вот, это, так сказать, плата за ваши труды.
– Не слишком ли это щедро? – спросила я, заглянув в конверт. – Дело-то ведь еще не закончено.
– Не слишком, – заверила меня Корнилова.
