Автор
В офисе турагентства в пятиэтажном здании по Обуховской улице тихо ложится черная завеса: смерть настигает двух клиенток. Календарь — его символические числа — переплетаются с ходом расследования, придавая рассказам неловкую ироничность. Вместе со слезами сотрудников выходит оскальдившаяся история на шесть этажей ниже, где жизнь вступает в полную силу, а смерть — только в миг....
– А кто именно приехал по вашему вызову? – уточнила я.
– За старшего был Лаптев. – Бережковская полезла в свою сумку и извлекла оттуда клочок бумаги. – Вот, он оставил мне номер своего телефона и сказал, чтобы я позвонила ему где-то через недельку.
– Что?! Через неделю?! Это неслыханно! – возмутилась Корнилова. – Да за это время здесь еще и не такое может произойти!
– Да, неделя на анализ содержимого брызгалки – это сущее безобразие. Ничего, сейчас я кое-кого потороплю. Вы позволите мне позвонить с вашего телефона? – спросила я, потянувшись к городской трубке.
– Да, конечно. – Корнилова подвинула ко мне телефон.
Я набрала номер, который знала на память, и услышала суперофициальное:
– Мельников слушает!
– Здравствуй, Андрюша! Как дела?
– Иванова, ты, что ли? – удивился мой приятель.
– Она самая. Не ожидал?
– Ждал – не ждал, не в том дело. Просто у меня номер незнакомый высветился.
– А это я из Дома быта на Обуховской звоню.
– Ты что, свой мобильник вместе с одеждой в химчистку сдала? – сострил Мельников.
– Очень смешно! Только повод для этого звонка – весьма печальный. Я вот в салон красоты хотела зайти, маникюр сделать, а он закрыт…
– Ну да, оттуда сегодня нам звонок поступил. Там какой-то казус произошел.
– Казус? – горько усмехнулась я.
– Да, мой сотрудник, Лаптев, выезжал по вызову. Он сказал, что произошла нелепая случайность. Парикмахерша перепутала какие-то аэрозоли – и сама же от этого пострадала. Вот такие дела.
– Андрей, неужели ты думаешь, что я стала бы тебя беспокоить из-за какой-то нелепой случайности?
– А что же это, по-твоему, было? – В голосе подполковника так и сквозила насмешка.
– То, что произошло сегодня в салоне красоты «Пальмира», очень похоже на тщательно спланированное преступление, – высказала я свое мнение, и мои клиентки, глядевшие на меня во все глаза, энергично закивали.
– Таня, от тебя ли я это слышу?! Ты теперь занимаешься кознями стервозных парикмахерш? Похоже, у тебя совсем с клиентами плохо. Сочувствую, – продолжал язвить Мельников.
Сначала я хотела высказать ему все, что я о нем думаю, причем в самых жестких выражениях, но воздержалась. Надо было держать марку перед клиентками."
"– Так, Андрей, все это очень серьезно, поэтому надо поскорее исследовать изъятый пульверизатор, как внутри, так и снаружи.
Как ни странно, именно такая тактика сработала.
– Слушай, ты меня заинтриговала, – признался мой приятель. – Наверное, я действительно чего-то не понимаю.
