Потом так же резко, порывисто подняться, спустить домашние штаны и, вжав пальцами член, направить его в доступное лоно. Кровь отчаянно пульсировала в висках, зубы были сжаты до предела. Михаил едва сдерживался, чтобы не ворваться в Настю жестко и сразу на всю длину, как часто у них было. Останавливали всё те же два фактора.
Она глухо ахнула, потом застонала, а потом вцепилась второй рукой в его бедро.
– Сильнее. Давай…
Он вошёл на всю длину и задвигался осторожно, боясь, что не сдержится и завалит Настю. А с её животом это непозволительно. Он двигался, она стонала. Он останавливался, чтобы не кончить раньше времени, и в те мгновения думал, что у него лопнут яйца, она толкалась к нему навстречу, что-то неразборчиво шепча."
"Но он отчетливо почувствовал, когда её интимные мышцы начали сокращаться, и ускорился, уже прижимая её бедра к себе и не давая возможности потерять равновесие. А потом и его накрыл оргазм. И в те секунды когда он изливался в её горячее лоно, её отросшие ноготки вонзились в его бедро, оставляя кровавые царапины.
На которые он сначала и не обратил внимания. И желания оговорить Настю у него не возникло.
Он подождал, пока она отдышится и перестанет трепетать в его руках, и лишь потом негромко поинтересовался:
– Итак, секс со мной ошибка?
Едва различимое:
– Нет. А я… я была такой же, как всегда?
Он так же честно ответил:
– Нет.
* * *Дина ответила после повторного звонка.
– Минька, ну что?
– Ты занята?
– Немного да, если честно.
– Чем?
Вздох сестры был более чем демонстративным.
– Я уже большая девочка и перед тобой ответа не держу.
Она сказала дежурную фразу, которая была показательной в их общении.
Зареченский не мог не улыбнуться в ответ.
– Извиняться не буду. Значит, позвонил вовремя.
– Кстати, почему звонишь под утро? В Мск около четырех.
– Без пятнадцати четыре.
– Тем более. Что такого важного стряслось, что ты не спишь? И, по-любому, пьешь.
– Вы сегодня сговорились? Про моё питьё? Начинаю чувствовать себя алкоголиком.
– Хммм… А кто ещё озадачен вопросом твоего здоровья?
– Настя.
– Настя?
У Насти и Дины тоже теплых отношений не сложилось. Дина приняла её в семью, но сразу сказала Мише, что подругами им не быть. Миша тогда не придал значение словам сестры, а стоило бы.
– Да.
– Хммм… Странно.
– Тут вообще много странностей происходит.
– Как она себя чувствует? Память не вернулась?
– Нет, Дина, – Михаил запустил пятерню в волосы и окончательно их встрепал. – Про странности я сказал неслучайно. Мне нужна твоя помощь, сестренка.
Пауза в трубке длилась недолго.
– Я вылетаю ближайшим рейсом.
Глава 15
Завтракали они поздно, уже за одиннадцать часов. Оба не выспавшиеся. Настя ковыряла в овощном рагу, отказавшись от полезной каши.