Автор
Вдохновленный плейлистом известного трэп-музыканта, роман "До того как" настраивает атмосферу будьдокеровского сюжета. Тонкие нити интригующего приключений ведут читателя к изнурительной борьбе за жизнь и свободу, где каждый шаг может быть финальным.
Однако темперамент и привычка дуться заставляют поинтересоваться, что же скрывается под оболочкой.
– Можно задать вопрос? – не подумав, говорю я. Улыбаюсь и чувствую, что выгляжу дурак дураком.
– К-конечно, – запинаясь, отвечает Тесса.
Ну, и о чем ее спрашивать?! Я-то полагал, она меня ко всем хренам пошлет.
Ладно, есть один простенький вопросик.
– Чем после учебы займешься?
Да, надо было задать более личный вопрос, выяснить нечто, что поможет обойти Зеда.
Тесса думает, постукивая пальчиком по подбородку.
– Ну, планирую стать писателем или издателем, как получится.
Да, это сразу видно.
Я вот тем же думал заняться, но молчу. Закатываю глаза и устремляю взгляд в пустоту.
– Это все твои книги? – спрашивает Тесса, окинув жестом руки мои полки.
– Мои.
– А какая у тебя любимая?
Твою ж бога в душу мать, вот ведь любопытная.
– У меня нет любимых, – вру я. Что-то она тут задержалась и начинает задавать личные вопросы. Если узнает, какие книги у меня любимые, мне это в игре не поможет.
Надо сменить тему, уйти от личных вопросов, побесить Тессу.
– А мистер Роджерс[2] знает, что ты снова пошла на вечеринку?
Я ухмыляюсь, а она сердится. Миссия выполнена.
– Мистер Роджерс?
– Твой парень. Я такого мудака еще не встречал.
– Не говори так о нем. Он… он у меня… хороший.
Тесса так смешно запинается в попытках подобрать комплимент своему парню-мажорику, что я невольно начинаю ржать.
– Тебе до него очень и очень далеко, – грозит она мне пальчиком.
– Хороший, говоришь? Ничего другого ты о нем сказать не могла? «Хороший» значит зануда.
Смеюсь.
– Ты его не знаешь, – бесстрашно заявляет Тесса, и это не может не вызвать восхищения.
– Зануда, зануда. Носит кардиган и лоферы. – Ржу не могу. Глядя на разъяренную Тессу, начинаю смеяться еще громче. Так и вижу живую куклу Кена, что ноет из-за дырочки у себя в кашемировом свитере.
– Он не носит лоферы. – Тесса прикрывает рот ладонью в попытке спрятать улыбку. Я бы на ее месте тоже смеялся.
– Зато вы с ним встречаетесь два года, а он тебе так и не присунул.
Тесса, поперхнувшись, сплевывает воду обратно в стакан.
– Что ты сказал?
– Ты все слышала, Тереза. – Улыбаюсь, чем еще больше распаляю огонь ее гнева.
– Ну ты и сволочь, Хардин.
Ух, как мне нравится, когда она сердится…
В лицо мне хлещет вода.
Пораженный такой дерзостью, я даже успеваю ахнуть. Я-то думал, мы так играем, обмениваясь грубостями, и намеренно задирал Тессу; думал, ей это нравится не меньше моего.
