Автор
В мире тенистой неизвестности и долгих мучений, где каждый шаг был исполнен болью и совестью. Книга приводит вас к тем временам, когда первый взгляд стал поворотной точкой в жизни главных героев, а каждая встреча — новым вызовом на пути любви и зависти.
Даже не подозревала о том, что творилось у него внутри, какие страсти бередили душу, какие плотские желания разрывали тело.
– Банан хочешь? – предложил Влад, чувствуя себя последним идиотом.
– Банан? – она растерянно перевела взгляд на фрукты, лежащие на столе.
Не дожидаясь ее однозначного ответа, опер поднялся с кресла и, отломив кончик банана, немного очистив кожуру, протянул его ей. Получилось ли так само или им двигало что-то в тот момент, не знал. Но когда увидел, как ее нежные губы обхватили бархатистый ствол мякоти банана, почувствовал, что его повело окончательно.
Так и стоял истуканом, не в силах отвести от нее глаз, пока Ксения и сама не поняла, что что-то не так. Рука со злополучным бананом повисла в воздухе, на полпути ко рту, в глазах застыл немой вопрос, постепенно сменившийся подозрением с налетом испуга. Не хватало еще, чтобы ее хрупкое, непрочное доверие, подаренное ему судьбой, наверное, в качестве компенсации за последние открытия о себе, дало трещину.
– Я… покурю пойду, – натянуто улыбнулся Влад Ксении, которая сидела перед ним потупившись, потерянно блуждая взглядом по поверхности стола, – а то уши опухли, – и, матерясь про себя, вылетел в коридор, в душе надеясь, что она не заметила, что у него «опухли» не только уши."
"Оставшись одна, девушка дожевала-таки банан и вылезла из-за стола, чтобы выкинуть кожуру в урну.
Когда Влад вошел в кабинет, Ксения по-прежнему сидела за столом, поглощенная заданием. Окинула его мимолетным взглядом и вновь вернулась к папкам и бумажкам, всем своим видом подавая ему пример, как надо работать. Опер глянул на часы, прикидывая в уме, куда повезет ее обедать, опустился в кресло, постарался сконцентрироваться на работе.
