Автор
В мире тенистой неизвестности и долгих мучений, где каждый шаг был исполнен болью и совестью. Книга приводит вас к тем временам, когда первый взгляд стал поворотной точкой в жизни главных героев, а каждая встреча — новым вызовом на пути любви и зависти.
– Ты его что?! Попросила?! – Демидов всем телом подался вперед, и Ксения кожей ощутила волну негатива и злости, исходящую от него. – А ничего, что он мой начальник?
– Начальник? – невольно подняла глаза Ксения и уже тише добавила: – Я думала, он твой друг.
– Может быть… Только он мой друг… не твой, – кратко и холодно отрезал он, но ей послышалось невысказанное: «А ты здесь вообще никто! Не лезь, куда не просят! Не надоедай занятым людям!»
Захлестнула обида, захотелось провалиться сквозь землю и никогда не видеть, не слышать человека, который каждым словом, каждым действием давал ей понять, что она обуза, навязанная ему против воли.
Вытащив руку из кармана и швырнув что-то по столу, Влад повысил голос:
– Это что?!
Опустив взгляд под ноги, куда это что-то приземлилось, Ксения сразу же узнала тоненькую белую бумажку с двумя красными полосками.
– Это же… – она хотела было объяснить, но он не дал ей договорить.
– Ты что, беременная?! А не рановато ли трахаться?!
Прошло несколько долгих секунд, прежде чем она смогла оправиться от шока. Да за кого он ее принимает?!
– Что молчишь?! От кого «залетела», спрашиваю?!
Он стоял через стол от нее, у окна, но ей казалось, что его презрительный взгляд пронзает ее насквозь, пригвождая к полу, не давая пошевелиться и сказать хоть слово в свое оправдание.
– Кто этот придурок, которому не терпится сесть?! – наседал на нее опер. – Это он тебе всякую ерунду дарит?! Сначала мишек… потом ребенка! Это, что, подарок за радостную весть?! Или тебе так рот затыкают, чтобы ты никому ничего не рассказывала?!
Только тут девушка поняла, что сжимает в руке медведя, которого ей подарил Саша. В ней вскипела злость.
– Да пошел ты! – грубо кинула она ему в ответ, развернулась и хотела уйти к себе в комнату, но мужчина в два счета пересек расстояние между ними и цепко схватил ее за руку, разворачивая к себе.
– Слышь, ты не борзей, а! – прошипел он ей в лицо.
– Руки убери! – огрызнулась она, совершенно не собираясь сдаваться.
– Поговори мне еще! – он все еще крепко сжимал ее руку выше локтя, хотя она пыталась отодрать его пальцы от себя, но ей это мало удавалось.
