Автор
В мире тенистой неизвестности и долгих мучений, где каждый шаг был исполнен болью и совестью. Книга приводит вас к тем временам, когда первый взгляд стал поворотной точкой в жизни главных героев, а каждая встреча — новым вызовом на пути любви и зависти.
– Опьянение уже прошло? Или еще нет?
– Я не пьянела, – поджала Ксения губы и вздернула подбородок, с вызовом глядя на него.
– А-а, – протянул он, отодвигая тарелку, и, повернувшись боком, прислонился к стене. – Я все. Можешь убирать, – добавил он, все так же не сводя с нее глаз.
В его голосе она различила нотки пренебрежения, отчего внутри сразу закипела злость. Он, что, собирается использовать ее как домработницу? А не пошел бы он! Ксения только раскрыла рот, чтобы высказать свои мысли, как Влад, видимо, по ее лицу поняв свою оплошность, тут же исправился:
– Спасибо.
– Пожалуйста, – недовольно буркнула она себе под нос и начала убирать со стола.
– Можно, я покурю здесь? – вновь спросил он у нее разрешения, доставая из пачки сигарету. – В форточку?
Ксения, намыливающая посуду, на некоторое время зависла с губкой в руке. Издевается, что ли? До этого всегда курил на балконе, а сегодня приспичило здесь, возле нее? Боится, что она ему в пьяном виде посуду переколотит? Тут же возникло ощущение, что он затеял какую-то непонятную и неприятную игру.
Когда сигаретный дым добрался до раковины, Ксения не выдержала.
– Слушай, у меня все волосы будут пахнуть теперь! – возмутилась она, поднося одну прядь к носу.
– Когда сама курила, не переживала, что будешь никотином вонять, – парировал он с усмешкой, припоминая ей случай у Маринки.
– Я баловалась, – процедила она сквозь зубы, закрывая кран.
– Да? – продолжал он улыбаться, только ей почему-то весело не было. – А еще чем ты любишь баловаться? А?
Тут Ксения не выдержала, повернулась к нему и, уперев руки в бока, прямо спросила:
– Ты на что намекаешь?!
– Ни на что, – Влад спрятал усмешку, набежавшую при виде грозной девушки: глаза Ксении метали молнии, ноздри трепетали, губы упрямо сжались. Зато халатик распахнулся, и она предстала перед ним во всей красе.
– Спокойной ночи! – она швырнула тряпку в раковину и, гордо вскинув голову, ушла.
– Спокойной ночи, – крикнул он ей вслед, посмеиваясь. – Не забудь, завтра рано вставать.
Вместо ответа Ксения с силой захлопнула дверь.
***
Вот, идиот! Демидов отвернулся к окну, облокотился о подоконник и немигающим взглядом уставился за окно, в беспросветное, темное небо. На лице не осталось и следа от былой улыбки.
