Одиссея чьего-то внутреннего голоса, который прокручивает детали невероятного приключения в голове Ольги — простой и уютной, но порой загадочной женщины. Времена шепчутся на музыкальных гармонках из далекого прошлого, а будущее выглядит как игра случайностей и судьбы, где каждый звук и миг может стать началом неожиданного путешествия....
И гораздо менее уютным, на ее взгляд. Но в качестве временного жилья для смены обстановки вполне подходил. Здесь было все необходимое: небольшая гостиная с диваном и стареньким телевизором, кухня с минимальным набором техники, маленький санузел с душевой кабиной да три комнаты наверху. Одна, правда, совсем маленькая, а третья – абсолютно пустая, в нее мебель то ли так и не завезли, то ли уже вывезли. Но Ольге вполне хватало и одной спальни. По-настоящему тосковала она здесь без двух вещей: посудомойки и духовки.
– Куда поставить? – спросил Дементьев, морщась так, словно груда ржавого металла пытается оторвать ему руку.
– Да просто на пол, я потом сама ее уберу.
– Не-а, не уберете, – уверенно возразил он. – Вы ее с места не сдвинете. Это вам не ультратонкий ноутбук.
Оценив, как тяжело он дышит и держит громоздкий чемодан, Ольга сочла за благо пристроить странную обновку сразу. Она показала ему маленькую комнату на втором этаже. Та явно затевалась как кабинет, в ней даже поставили старый и жутко неудобный письменный стол и офисное кресло с подломленным колесиком.
Дементьев водрузил чемодан на стол и зачем-то расчехлил спрятавшегося внутри монстра. Даже попробовал стукнуть по клавише. Та довольно туго подняла вверх хищную лапку с буквой, но до валика так и не добралась. Вероятно, требовался более уверенный удар.
– Просто огонь, – констатировал он.
Ольга не сдержала улыбку. Она бы ни за что не призналась в этом вслух, но бывший следователь ей нравился. Она находила его… забавным. И симпатичным. Самое главное, что пока он ни одной чертой не был похож на ее бывшего мужа. Тот был светловолосым холеным красавчиком, очень придирчивым в выборе одежды и еды. Ему нравилось поражать и восхищать окружающих манерами, знаниями, чувством юмора. Ему нравилось нравиться всем.
Дементьев им определенно не страдал. У него были вполне себе хорошие манеры, он производил впечатление человека умного и образованного. Да и с чувством юмора у него все было в порядке. Но того самолюбования, которым страдал ее муж, Ольга в нем не видела. Он был обычным. Земным. Не герой одного из ее романов, определенно. Но как бы она ни пыталась продемонстрировать обратное, его общество было ей приятно.
