Одиссея чьего-то внутреннего голоса, который прокручивает детали невероятного приключения в голове Ольги — простой и уютной, но порой загадочной женщины. Времена шепчутся на музыкальных гармонках из далекого прошлого, а будущее выглядит как игра случайностей и судьбы, где каждый звук и миг может стать началом неожиданного путешествия....
С замирающим сердцем Дементьев шагнул к столу, нащупал провод настольной лампы и щелкнул выключателем. Тусклый свет залил комнату, помогая убедиться, что в ней никого нет.
Пишущая машинка стояла там же, где ее и оставили, и выглядела совершенно невинно. Каретка с валиком покоилась по центру, кажется, ровно в том же положении, что и была.
– Что за черт? – пробормотал Дементьев, присматриваясь к машинке.
Он был так поглощен ее изучением, что не услышал, как позади скрипнула дверь. А потому дернулся от неожиданности, когда за спиной прозвучал недовольный голос Ольги:
– Вы с ума сошли? Что вы тут устроили? По-вашему, это смешно?
Дементьев резко обернулся и почти лицом к лицу встретился с разгневанной хозяйкой дома.
– Я ничего не устраивал, – торопливо объяснил он. – А вы тоже слышали это? Как она печатала?
– Конечно, слышала, – огрызнулась Ольга, все еще недовольно глядя на него. – Так и думала, что найду здесь вас. Потому что больше печатать на ней некому.
– Еще раз вам говорю: я здесь ни при чем, – повторил Дементьев. – Я просто тоже услышал шум и решил посмотреть, что происходит. Думал, это вам не спится.
– Если бы мне не спалось, я бы взяла ноутбук и села работать…
Ольга явно собиралась сказать что-то еще, но осеклась, когда с первого этажа внезапно донесся крик, а потом раздались невнятные голоса и звуки пальбы.
– Это телевизор. С ним что-то не так, он иногда включается ни с того ни с сего, если оставить в режиме готовности. Когда помню, я выключаю его полностью на ночь, но он уже три дня так не делал.
Она развернулась и побрела на первый этаж, не демонстрируя никакого страха, и Дементьев поторопился за ней, поскольку для него события выглядели гораздо менее объяснимыми.
"Однако Ольга оказалась права: в гостиной действительно работал телевизор, который она выключила, не без труда найдя пульт. Однако верхний свет все равно включать не стала, предпочла ограничиться торшером в углу.
Как только экран телевизора погас, в доме снова воцарилась пронзительная, звенящая тишина. Ольга успела одной мимикой передать Дементьеву: мол, видишь, ничего неординарного не происходит, обычное дело.
