В маленькой чешской деревне обнаруживают мумию человека, который еще вчера был живым. Местные жители уверены: это дело рук бескудов – мистических существ, похожих на вампиров и добровольно взявших на себя древнее проклятие. Команде Дворжака предстоит разгадать страшную тайну, где грань...
А ведь парень наверняка даже не ел, а просто перекусывал в дороге.
Последние два часа поездки он раза четыре бегал в туалет, естественно, поднимая Долгова и с трудом протискиваясь мимо его кресла.
К тому времени, когда Долгов вырвался из вагона поезда на перрон, он был готов убивать, что, вероятно, отразилось на его лице, поскольку Лиля, с которой в толпе они нашлись не без труда, рассмеялась, едва его увидела. Она хорошо знала, как тяжело даются коллеге подобные поездки.
– Не спрашивай! – предупреждающе потребовал Долгов, когда она уже открыла рот, чтобы что-то сказать.
Лиля тут же пожала плечами и махнула рукой. Мол, что тебя спрашивать, и так все ясно!
Три внушительных чемодана с немногочисленными личными вещами и оборудованием пришлось катить самим, и Долгову выпала честь катить сразу два. Выйдя с платформы, они сразу увидели дожидающегося их у стеночки Дементьева. Тот заметно удивился, увидев, что они приехали вдвоем.
– А тебя чего дернули? – спросил он, ограничив приветствие едва заметным кивком. – Мы бы с Лилей и так справились.
– Ну, во-первых, негоже гонять даму из города в город одну с кучей тяжелого оборудования, а во-вторых, это мое расследование, – ничуть не смутившись, сообщил Долгов. – Анна назначила меня старшим следователем.
Брови Дементьева подпрыгнули чуть выше.
– Подожди, а я тогда кто?
– А ты объект исследования. – Лиле хватило такта изобразить на лице сочувствие. – Володь, прости, но ты был свидетелем феномена и, возможно, фактором, на него повлиявшим. Или подвергался воздействию. Анна решила, что будет безопаснее, если расследование будут проводить те из нас, кто… не вовлечен.
– Глупость какая-то, – раздраженно прокомментировал Дементьев. – Мы всегда в процессе контактируем с… «феноменом», как ты выразилась. И всегда подвергаемся воздействию. Если этой ночью машинка снова начнет печатать, то вы тоже будете… скомпрометированы?
– Это разные вещи, – устало вздохнул Долгов и предложил: – Слушай, мы не можем продолжить этот спор в машине? Хотя спорить тут не о чем. Анна свое слово сказала, Войтех поддержал. Нам всем остается подчиниться.
– Представляю, как ты страдаешь по этому поводу, – язвительно поворчал Дементьев.
– Нет, ты даже представить себе не можешь, – с убийственно серьезным видом парировал Долгов, вспоминая соседа из поезда.
