Автор
В парке бродят незаметные фигуры, как из сна. Воздух пронизан мелодичным шепотом ветра, который треплет влажные от слез волосы, высушивая их. Здесь можно погулять без одежды — никто не будет осуждать, подумают все, что это самоутверждение или протест.
Похоже, «Добровольный Плен (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Женщина немного пьяна, и в ее черных глазах плещется неприкрытая обида. Она хвалит Аниту, щебечет о том, что собирается приобрести у неё пару платьев, а потом прилюдно повисает у меня на шее, и я понимаю, что она пьянее, чем я думал.
— Ты что творишь? — хватаю ее под локоть и отстраняю от себя.
— Между нами все кончено? — спрашивает она, игнорируя мой вопрос.
— Твое несдержанное поведение вынуждает меня склоняться к полоительному ответу.
— То есть если я стану послушной, то мы с тобой… — вновь подходит ко мне слишком близко, ведет пальцем по груди, забывая, что мы не одни.
— Джуан! — хватаю её за запястье и сильно сжимаю, причиняя, боль, пытаясь отрезвить.
на морщится, спотыкается на каблуках и наваливается на меня, заливая рубашку шампанским.
— О Господи! Прости, — извиняется женщина, но я отталкиваю ее от себя и иду в туалет.
Джуан неймётся, видимо, сегодня оа решила, что бессмертна, поскольку идет за мной и оправдывается заплетающимся языком. Все, это последняя капля! Хватаю ее за руку и заталкиваю в ближайший туалет.
— Ты… ты променял меня на вот эту серую мышь! Я же
все для тебя… все, как ты хочешь… готовая на коленях ползать! — заплетающимся языком кричит она, начиная истерить. — Да я и так на них ползаю! очешь жениться — пожалуйста, я не претендую! Но вышвыривать меня как собаку, не позволю! — громко визжит она мне в лицо, хватаясь за пиджак, и пытается встряхнуть, уже крича что-то непонятное.
Перехватываю ее руки, отрывая от себя и сильно встряхиваю. Джуан застывает, смотря на меня стеклянными глазами.
— Все, Джуан. Если я и рассматривал тебя в качестве любовницы, то сейчас уже нет. Ты сoвершила недопустимую oшибку. Я думал, ты умнее.
езко отпускаю ее, отталкивая к стене. Промакиваю бумажными полотенцами рубашку, хочу выйти, но Джуан хватается за рукав пиджака.
— Ну прости! Накажи! Я не знаю, что на меня нашло. Накажи… — шепчет женщина и начинает опускаться на колени.
Сжимаю пальцами переносицу, пытаясь окончательно не сорваться.
— Успокойся. Ты пьяна!
— Нет-нет, это же все — да? Нет, пожалуйста, останься сегодня со мной! Пожалуйста!"
"Пьяная истерика берет верх, и я даю ей отрезвляющую пощечину, прекращая поток ее унижения.
