– Мы всегда побеждаем, так ведь?
– Почти всегда, – заметил Уэнслидейл.
– Почти всегда, – согласился Адам. – И…
– Чаще, чем каждый второй раз, во всяком случае, – сказала Язва. – Потому что, помните, когда был шум насчет вечеринки у стариков в школьном зале, когда мы…
– Это не считается, – заявил Адам. – Их ругали точно так же, как и нас. И вообще: старикам вроде как должно нравиться, когда они слышат, как дети играют, я читал где-то, и с чего это нас надо ругать, если у нас старики неправильные… – Он остановился. – И вообще… мы их лучше.
– А теперь представьте, – медленно продолжил Адам, – что мы можем побить их так, как надо. Услать их куда-нибудь или еще что. Просто сделать так, чтоб в Нижнем Тэдфилде банд, кроме нашей, не было. Как вам такое?
– То есть… ты хочешь сказать… он умрет? – спросил Брайан.
– Нет. Просто… ну, просто его не будет.
ЭТИ подумали. Жирняга Джонсон был правдой жизни с того самого момента, когда они выросли настолько, что смогли начать драться игрушечными паровозиками. Они попытались представить себе картину мира, в центре которой зияла дыра, имеющая форму Джонсона.
– Ну, не знаю, – заметила Язва. – Я хочу сказать, без этого Жирняги Джонсона и его банды не так интересно. Если подумать. Мы очень неплохо развлеклись с этим Жирнягой Джонсоном и Джонсонитами. А так придется искать другую банду или еще чего.
Даже Адам был потрясен этими словами. Однако Уэнслидейл стоически продолжал:
– Во всяком случае, клуб пенсионеров точно скажет. И Пикки. И…
– Но мы-то ведь хорошие, – начал Брайан, и осекся. – Ну, ладно, – сказал он. – Но точно подумают, что будет ни фига не так интересно, если ни нас, ни их не будет.
– Нет, – сказал Уэнслидейл. – Я про другое.
– Людям здесь не нужны ни мы, ни Джонсониты, – угрюмо продолжал он, – раз они все время ворчат, что мы катаемся на великах или там досках у них на тротуарах, и что от нас столько шуму, и все такое. Это как тот тип сказал, в учебнике истории: «Чума нам оба ваших дома».
Эта фраза была встречена молчанием.
– Какие дома? – наконец спросил Брайан. – У Джонсонитов что, есть собственный дом?
Обычно такое замечание служило началом бурного обсуждения минут на пять, когда у ЭТИХ было соответствующее настроение, но Адам чувствовал, что сейчас не самое подходящее время.
– Короче, вы все считаете, – подытожил он, самым председательским голосом, – что нет никакого смысла, если Жирные Джонсониты побьют ЭТИХ или наоборот?
– Правильно, – ответила Язва.