Автор
Евлампия Романова вынуждена помочь своему шутнику-мужу Максу разобраться в загадочном деле семьи Волковых. Под прикрытием тележурналистки она должна узнать семейные секреты, которые могут оказаться опасными. Героине предстоит столкнуться с интригами, обманом и неожиданными откровениями, где...
Но у нас в группе была Наташа Лунина, вот она, как бы ей ни доставалось, упорно повторяла: «Мои родители работают за границей, папа посол, а мама ему помогает. Завершится их командировка, они меня отсюда заберут». А все знали, что Наташина мать изменила мужу и убежала с любовником, отец женился на другой. Никому из родителей Лунина была не нужна, поэтому и очутилась в интернате. Ей прямо в глаза говорили: «Ната, не лги». Но девочка упорно стояла на своем. Вероятно, Евгения на нее похожа.
– Может, и так, – согласилась я. – В конце концов, невинная фантазия про мать никому не наносит вреда. Но дальше хуже. Евгения рассказала, что она в день трагедии с Олегом болела гриппом, лежала с температурой. Отцу позвонили, Федор Николаевич спешно собрался, заглянул к дочке в спальню и спросил, не нужно ли той чего, например воды.
– Ну и что? – не понял Макс. – Судя по тому, что мы узнали про Волкова, он замечательный отец, обожает своих детей и заботится о чужих отпрысках. Мало кто захочет удочерить проблемную девочку, малолетнюю проститутку, а Федор Николаевич принял в свою семью Эмилию.
– Ты не дослушал, – остановила я мужа. – Зачем приносить больной запас питья?
– Отличный вопрос! – восхитился Макс. – Отец уходит, мать на спектакле, у Жени высокая температура, кто подаст ей стакан воды? Обязательно надо поставить ей на тумбочку бутылку.
– Правильно! – воскликнула я. – Но это – если в квартире никого нет. А Женя уверяла, что Николай находился в своей комнате, читал книжку. Зачем отцу так беспокоиться? Ведь дочка могла позвать старшего брата. Дальше – больше. Евгения поведала, что после ухода Федора Николаевича захотела в туалет, попыталась встать, но не смогла из-за слабости и головокружения. Пришлось ей ждать прихода матери. И возникает все тот же вопрос: почему больная не позвала Колю? Да потому, что его в квартире не было! Теперь следующий вопрос: по какой причине Женечка говорила неправду? Могла ведь сказать, что брат веселился в клубе, был в кино, гулял с подружкой. Ничего страшного в таком времяпрепровождении нет. Но Евгения солгала, и это настораживает.
Макс взял кусок хлеба, начал щедро намазывать его маслом, а я продолжила:
– И куда подевалась Джина?
Муж отложил нож.
– В смысле?
– В год гибели Олега его племянница была крошкой, малышку не могли оставить без внимания, – напомнила я. – Во время беседы с Евгенией я забыла про ребенка, а сейчас вспомнила. И сообразила: Женя ничего не сказала о дочери.
