Роман "Добыча зверя" живописует тревожное настроение во время операции охранки складов наркотиков. Веселая казнь разведчиков и их непредвиденные приключения в одиночку заставляют пережить настоящий кошмар, где каждое движение — таинство, а каждый вздох — выстрел.
С нее станется и в мусорное ведро залезть, так что я решил уничтожить улики радикальным способом. Так точно не найдет.
Затем я нашел в холодильнике тушенку, открыл банку, бросил мясо в сковороду. Добавил лук и картошку. Перечитав рецепт, убавил огонь и принялся ждать, когда оно сварится. В прошлый раз сработало.
А еще я на днях спустился в подвал домика и обнаружил там ящик весьма приличного вина. Вот сегодня и позаимствовал пару бутылок. Ведь все знают, что с выпившей женщиной можно делать что угодно.
Что я еще пропустил? Оглядел домик и, вздохнув, принялся за приборку.
Свидания? Я так и замер с тряпкой в руках. А ведь точно, свидание. Ужин, вино… Никогда на свиданиях не был, если честно. Познакомиться в баре и утром выпроводить из гостиничного номера – это не свидание. Это удовлетворение естественных потребностей. Кстати, о потребностях… Что-то давно я их не удовлетворял. Несколько спецопераций, следующих друг за другом, не оставляли никакого свободного времени.
Отмывать пришлось много чего. До сих пор я прибирал в домике лишь места стратегического назначения. А сейчас я даже пыль на холодильнике протер. Мало ли что…
Степанида пришла, как и обещала, в восемь вечера. Принесла знакомую аптечку, контейнер с едой и бутылку настойки. Хмм, значит, не я один такой умный. А говорила, что спать со мной не будет.
– Вишневая.
Я криво усмехнулся и достал две бутылки с вином.
– Вроде бы из винограда. – Сыронизировал.
Степанида взяла одну из бутылок в руки и повертела.
– Баранова раскулачил. – Констатировала она и хмыкнула. – Уже месяц, как просроченное.
Я неверяще схватил вторую бутылку и посмотрел на дату. Блин, еще так глупо попасть не хватало.
– Да что с ним будет-то? Это же алкоголь. Он сам все дезинфицирует вокруг. – Попытался возникнуть я."
"– Вот на тебе и проверим.
– Сейчас. – Спохватился я.
Навалил побольше картошки с тушенкой, поставил на стол оладьи. Даже сгущенку в тарелку налил и почувствовал себя великим кулинаром. Степанида с сомнением посмотрела на пюреобразное блюдо, но решительно подвинула к себе тарелку. Потом, поводив носом над едой, решительно встала, подошла к шкафу и достала оттуда стакан.
