Автор
В коридоре запах анестезиологического кабинета напоминает о неотложных делах. Кириллу Савельевичу сообщили, что его дочь срочно нуждается в консультации у хирурга после острой боли в животе и кровопотери. Он рывком направляется к приемному покое, где его ждет неожиданная встреча....
На часах позже девяти, стажировка у Кати закончилась уже давно, а мое ей сообщение, которое я почему-то решаю проверить только сейчас, висит непрочитанным."
"Черт. Пока завожу двигатель, воображение рисует сотни вариантов развития событий, начиная от того, что Катя сейчас стоит и ждет меня под офисом, и заканчивая тем, что на нее совершили нападение. Вот только я совсем не жду увидеть, когда подъезжаю к офису Орлова, что Катя с улыбкой садится к нему в авто.
Глава 24
Кирилл
Я еду за ними. Кто бы спросил, на кой черт — не отвечу.
Вряд ли Орлов знает марку моей машины, но не помешает перестраховаться. Так что еду поодаль, не выпуская их из виду.
Не знаю, конечно, ни о чем говорят, ни что вообще происходит в автомобиле. Остается догадываться, но с этим… с этим у меня крайне плохо.
Я думаю о самом ужасном, хотя мне вообще кажется, что ничего ужасней того, что Катя сидит в машине Орлова, попросту быть не может.
Оказывается, вполне. Это “ужаснее” прекрасно мне рисует мое воспаленное воображение.
Я сегодня адски уставший, но это не дает мне расслабиться ни на минуту. Мозг неотрывно генерирует то “самое ужасное”. Почему-то как Орлов ее трогает, обнимает, касается губами.
Блядь.
Я достаю телефон. Набираю Катю, слушая в трубке длинные гудки. Не отвечает. Абонент недоступен, но у меня телефон не разрядился, так что я набираю снова. И снова. Пока в трубке не звучит ее растерянный голос.
— Алло.
— Ты уже дома?
Говорю как-то даже позитивно. Улыбаться получается, хотя, бросив взгляд в зеркало заднего вида, ловлю там не улыбку, а что-то, больше похожее на оскал.
— Не дома. Еду.
— Где едешь? Я могу перехватить тебя на остановке.
— Меня подвезет одногруппник.
Мне уже прекрасно известно, что Катя мастерски умеет врать, но черт…
Почему-то хочется поверить ей, а не себе. Хочется просто забыть, что видел, как она садилась в машину Орлова.
— Я уже домой. Буду, думаю, скоро.
— И я… скоро.
Голос словно неуверенный. Я даже за это цепляюсь, вдруг Орлов ее заставил, допустим, силой? Но я видел, что нет.
Я еду за ними. Жду, наверное, что он ее повезет в ресторан, но они паркуются за пару домов от моего. Катя долго не выходит, и у меня снова разыгрывается воображение. Очень ярко, почти до всплывающих перед глазами сплетенных двух тел.
Если бы на месте Орлова был кто-нибудь другой, я бы подумал, что ревную, но с ним дела обстоят иначе.
