Грозный метеорологический шторм не позволяет ни видеть дороги, ни слышать приближающиеся машины. Путешественники в отчаянном желании избавиться от гнетущей смерке бросаются на улицу, но даже там они ничего не могут разглядеть - и мелколистанные кусты пугающе похожи на толпы скрывающихся людей....
Похоже, «Дочь Генерала. Книга 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Что вы себе позволяете? – немного севшим голосом, пытаясь ещё как-то выбраться из щекотливой ситуации, уже понимая, что она просчиталась, воскликнула Татьяна, интуитивно поднимая руку и сводя полы халата на груди, прикрываясь и одновременно показывая беззащитность и смятение.
– Дашуль, на минутку оставь нас. Где твоя комната? Справа по коридору? Я сейчас приду. Только поговорю с твоей… мачехой. Я быстро.
Даша оказалась умничкой. Не задавая лишних вопросов или не желая более видеть Татьяну, проскользнула по коридору, мимо застывшей женщины.
Григорий снял обувь и усмехнулся.
– Поговорим?
– Кто ты такой, черт побери?"
"Уточнять, кто он такой, Гриша не стал. Подошёл к Татьяне и указал рукой на зал, давая понять, что готов продолжить разговор в более удобном месте.
Татьяна прошла за ним и сразу же кинулась в атаку:
– Я не знаю, что тебе наговорила Даша и…
– Стоп. Теперь ты закрываешь свой рот и слушаешь меня.
Она попыталась было возразить, но хватило одного взгляда, чтобы передумать.
Слушала она внимательно.
Говорил Седой негромко. Недолго. Но достаточно внятно и четко, чтобы стоящая перед ним женщина поняла. Она молчала. Лишь ещё несколько раз безвольно открывала рот в немом протесте.
Она поняла его. Причем сразу же. Дурой Таня не была, хотя порой и пыталась под неё косить. Не зря сразу же просканировала одежду и часы. Знала примерную стоимость.
В отличие от Даши. У его Снегурки взгляд был совершенно другим.
– И напоследок… Я забыл представиться. Григорий Зимин. Не сомневаюсь, моё имя ты знаешь, слышала.
Таня кивнула. В её глазах застыло облегчение. Естественно, она радовалась, что отделалась простыми предупреждениями. И, естественно, она слышала, кто такой Зимин. В её голове вовсю закрутились «шестеренки», она отчаянно прикидывала, что и как. Попытаться подружиться с влиятельным дельцом? Пока нереально. Оставалось лишь радоваться, что она выбралась сухой из воды.
Тогда ещё Татьяна не знала, что Зимин лишь «первая ласточка».
Григорий, бросив на всё ещё молчавшую женщину самый последний взгляд, счел, что разговор окончен. Он кивнул, прощаясь, и направился в спальню, где нашел Дашу, сидящую на диване и тихо плачущую.
Её слезы – это как поймать встречный удар, от которого происходит взрыв по всему телу, и последнее, что ты помнишь перед тем, как уйти в глухой нокаут, это кулак соперника.
