Грозный метеорологический шторм не позволяет ни видеть дороги, ни слышать приближающиеся машины. Путешественники в отчаянном желании избавиться от гнетущей смерке бросаются на улицу, но даже там они ничего не могут разглядеть - и мелколистанные кусты пугающе похожи на толпы скрывающихся людей....
Похоже, «Дочь Генерала. Книга 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Взялся за края кофты и потянул кверху.
– Гриша! – легкий вскрик не смог остановить его.
Похеру на всё…
Он не железный.
Пах ныл от болезненного напряжения, кровь превратилась в выжигающую лаву, в висках стучало с такой силой, что отдавало в затылок. Напряжение достигло апогея. Реальность сместилась."
"Ещё один рывок, и свитер оказался сдернутым, а перед его жадным взором снова предстало тело Снегурки. Белоснежное, с изумительно гладкой кожей, по которой языком хотелось чертить узоры.
И клеймить.
Оставлять потом отметины, чтобы никто не смел посягать.
Если он трогал ЕГО Снегурку… Лапал своими грязными пальцами её красивое тело… Запугивал её. Ему не жить.
Откинув свитер куда-то в сторону, Гриша снова потянулся к девушке, припечатывая её к матрасу.
– Гриша!
Её ладони уперлись в его плечи, отталкивая.
– Что? – выдохнул он, распластывая пальцы по узкой талии, переходящей в сумасшедшие и соблазнительные бедра. Кожаные лосины ничего не скрывали, обтягивая изумительные формы. Он не дал возможности ответить Даше. – Я только тебя потрогаю. Не буду я лишать тебя девственности в самолете. Это будет в совершенно другом месте и при других обстоятельствах. Но со мной.
Он видел, как изумление отразилось в её колдовских глазах. Как в них застыл немой вопрос, а внутри него растекался жидкий огонь, уничтожая все цивилизованные нормы и утверждая право мужчины над женщиной.
– Не смотри так, Снегурка. Ты – моя. Осознаешь ты это или нет.
Он склонил голову и припал к участку кожи, что располагался выше плоского живота, но ниже груди. От его поцелуя множество мурашек рассыпалось по белоснежному телу.
Даша больше не отталкивала его. Её руки, что ещё несколько секунд назад, сжимались в кулаки, расслабились. Остались на его обнаженных плечах.
Он проложил дорожку из поцелуев.
Ниже и ещё ниже.
Пока его губы не наткнулись на преграду в виде пояса лосин. Даже будучи подростком и активно занимаясь петтингом, он не испытывал такого напряжения. Его тело рвалось изнутри, превращаясь в миллиарды молекул. Он вдыхал запах Даши, трогал её, а у самого перед глазами появлялись черные мушки. Гриша находился на грани. Его губы целовали, а между тем росла потребность в оскале. В рыке, в яростном стоне.
И он пошел дальше.
Поднял голову так, чтобы видеть лицо Даши.
