Дочь княжеская. Книга 4 — читать онлайн бесплатно полностью

И что, прямо никто не видел, прямо все мимо шли, в стороны глядя?

Годом раньше спросила бы, да еще в лицо не преминула бы высказать своё возмущение. Сейчас — понимала, что была причина. Какая? Что-то подсказывало, что мама не расскажет. Слишком много она утаила во своё время, и тоже ведь была причина, наверное. А хуже всего, если причина осталась до сих пор, и тогда придётся услышать «нет, я не могу рассказать», или, что ещё хуже, придётся слушать враньё, а маме то враньё произносить. Была, была эта связка, был запрети — что-то ещё, неуловимое, но давящее.

Хрийз вдруг поймала себя на мысли о том, что попросту не хочет знать ничего. Если мама сможет рассказать, она расскажет. Если нет — значит, нет.

… На террасе, устроенной на крыше дома, ничего не изменилось. Всё те же цветы — полосатая и синяя петуния в кадках, карликовые розы, рыжие лилии, зелёные гроздья на виноградной лозе, дерево протянуло со двора ветви, усыпанные не крупными пока ещё яблочками. Делишес голд. Поздний сорт, он созреет лишь в октябре…

Далёкое море за крышами.

Крыши, крыши, крыши — вниз, вниз, к сверкающей под вечерним — уже вечерним! — светом бухте. И похоже на Третий мир, и не похоже. Ветер несёт другие запахи. Магический фон несёт в себе другие оттенки линий распределения сил. И солнечный свет непривычного оранжевого — не зелёного! — оранжево-жёлтого цвета. Белая ограда не зеленовато-золотая, а рыжая. И кипенно-белые громады кучевых облаков горят иначе. Небо — синее-синее, а вот море — стальное. И кажется, будто даже отсюда слышишь металлический скрежет набегающих на гранитный берег волн.

— Прости, — вдруг сказала мама, не оборачиваясь.

Хрийз проглотила слова. Простить? За что?!

— Не уследила за тобой, — тяжело выговорила мама. — Не уберегла. Но я так хотела… — она с силой сжала пальцы в кулак, — так хотела, чтобы ты не хлебала сполна этой дряни! Войн этих. Драк за наследство. Чтобы всё у тебя было, а тебе бы… ничего… за это… не было.

— А он считал, что всё должно быть иначе, — тихо ответила Хрийз.

— Он? — мама всё-таки обернулась.

В ней всё ещё оставалось что-то от той любящей бабушки, которую Хрийз знала всё детство. Но в маске уже не было нужды. И в лице горела та самая яростная неукротимость, какой в избытке было, скажем, в принцессе Чтагар — Стражу Грани смертельно опасно оставаться тихоней.

— Мой отец, — пояснила Хрийз. — Бранислав Будимирович, князь Сирень-Каменногорский. Я его простила, мама. Он хотел как лучше для меня, и он сделал как лучше.