"Дочь кукушки
Ольга Иконникова
1. Кукушонок
1. Правом использования магии в любой форме
обладают только члены королевской семьи.
2. Любой другой дворянский титул дает возможность
использования магии только в формах, предусмотренных
специальными разрешениями.
3. Лицам недворянского происхождения
использовать магию в какой бы то ни было форме
строжайше запрещено.
Свод законов Линарии, том 1, статья 35
О том, что я подкидыш, я узнала, когда мне было десять лет.
Мы с моей сестрой Вивьен прибежали тогда на кухню на восхитительный запах вишневого пирога, готовить который наша кухарка Лисбет была большая мастерица.
– Ишь ты, учуяли! – восхитилась она и усадила нас за большой дубовый стол.
На огромной, увешанной начищенной до блеска посудой и пучками пряных трав кухне были только сама Лисбет да экономка мадемуазель Катриона.
Именно экономка и резала пирог. Вивьен досталась тарелка с большим куском, щедро посыпанным сахаром. Мне – с куском гораздо меньшего размера. А когда добрейшая Лисбет потянулась к блюду с пирогом, чтобы отрезать мне добавки, Катриона едва заметно покачала головой.
– Ей довольно и этого, – строго сказала она.
Она говорила негромко, но я слышала каждое слово.
– Хватит с нее и того, что с ней обращаются как с настоящей герцогиней. Право же, его светлость чересчур добр. Была бы моя воля, я не стала бы с ней церемониться. Каждый должен знать свое место.
– Но его светлость любит Алэйну как родную дочь, – возразила Лисбет.
Но Катриона была непреклонна:
– Даже доброта монсеньора не способна сделать из черни аристократку.
Не удивлюсь, если мамаша пригуляла ее от какого-нибудь солдата. И никакое приданое не заставит жениться на ней дворянина. Когда-нибудь она сама это поймет. И, по-моему, чем скорее, тем лучше.
– Бедное дитя, – на глазах Лисбет показались слёзы. – Она так счастлива сейчас.
Экономка поджала губы:
– Чем выше она взберется, тем больнее будет падать. Ее не следовало воспитывать как хозяйских детей. Девочка без роду, без племени не должна общаться на равных с теми, в ком течет благородная кровь.
Таковы правила, и мы должны их соблюдать.
В голосе ее не было ни нотки сомнений.
– Что же, мадемуазель, по-вашему, его светлость должен был оставить ее умирать от голода и холода у стен замка? – продолжала спорить Лисбет.
Катриона сделала глоток из наполненной водой кружки.
– Нет, конечно! Мы должны быть милосердны. Но девочка могла воспитываться в семье кого-нибудь из слуг.
