– И ошейники, их без ключа не снять.
– Есть место, где вам будут рады. Ошейники не проблема для моей госпожи. А вообще, не всё ли равно? Умереть свободными куда лучше, чем гнить тут, – усмехнулась Лоерея, прекрасно ведая, о чём говорит. И по взору собеседника поняла, что он поверил ей, потому что, чуть помедлив, кивнул:
– Я с вами. Ребятишки, вы как? – и посмотрел на ""сокамерников"".
Никто не стал отказываться. Они ""жили"" здесь, трудились с раннего утра и до позднего вечера, выполняя сложную работу для раббатора, а в благодарность получали лишь невнятную кашу и кружку целебного отвара, который сами и делали.
Это чтобы никто из них не помер от простуды или иной гадости, коей пропитаны старые каменные стены святости.
– Тогда вперёд. Ваше дело предложить, а кто откажется, того оставить в покое, заставлять никого не надо, – добавила Лора и посторонилась, пропуская всю четвёрку мимо. Им будет куда легче убедить своих же в необходимости побега. А ей просто повезло сначала наткнуться на этого старика, который вдруг поверил в невозможное.
Или повезло ледюшке?
***
Ульрих смотрел на своего подданного, Сэмиля-возницу. Именно он чётко выполнил приказ и сменил сани на карету, на колёсном ходе, благодаря Сэмилю, юная наследница Йорков должна была ещё сильнее обидеться на своего короля. Но… Раз малышка смогла догадаться о шпионе… Ох и не глупая она девица.
– Для меня великая честь говорить с вами, Ваше Величество! – старик хлопнулся на мраморный пол, стукнувшись острыми коленками о твёрдую поверхность.
Ульрих едва заметно поморщился, наверняка Сэмилю было больно. – Ледюшка, кхм, хм, – замялся говоривший и быстро поправился: – Леди Йорк просила меня передать вам лично, но я думал, капитан вам вручит, а оно вона как… – в руках возничего появилось помятый конверт.
Секретарь подхватил послание и положил на стол перед Его Величеством.
– Что-то ещё? Расскажешь, как юная герцогиня устроилась на родных землях?
– Народ хорошо ледюшку принял. Она душевная, ко всем относится по-доброму, и неважно кто перед ней, простой батрак, али цельный граф.
– Вот как, – хмыкнул король, подтянув к себе конверт. – Встань, пожалей кости, – приказал он всё ещё коленопреклонённому вознице. Тот, кряхтя, выполнил повеление. – Добрая, говоришь?
– Да-да. Но притом совсем не мямля и не забитая мышь. Хорошая она. Умная. Я спросил, почему во дворце Карла Третьего она была такая, – мужичок повертел ладонью в воздухе, подбирая слово, и договорил, – никакая.
