– Прочитай, тебе будет интересно, – криво усмехнулся герцог, передавая послание Лиама королю.
Некоторое время тишину в помещении нарушало лишь потрескивание дров в камине."
"– Вот, значит, как, – в глазах молодого короля мелькали разные эмоции, один раз он даже нахмурил светлый высокий лоб. – Ульриху зачем-то нужна наша маленькая герцогиня. Есть предположение, и я уверен, что прав в своей догадке. Браслет светлых магов Йорков.
– Я тоже так считаю. Получить его он сможет, если девушка проникнется к нему любовью или простой благодарностью за спасение от разбойников.
Там обязательное условие – добровольность. Ульрих обставил всё так: мы с тобой монстры, отправили Одри без должного сопровождения, в какой-то колымаге по заснеженной дороге. Присовокупи отсутствие дуэньи и получишь неприглядную картину.
– Да, понимаю, – левый уголок рта Карла недовольно дёрнулся. – Раббатор Геласий… Этот старик, по слухам, ещё тот развратник, потому, скорее всего, не совсем ясно мыслит.
Надо поговорить с Его Святейшеством Ораном, пусть поставит на место своего пса.
– Я распоряжусь. Письмо в Ромульскую святость будет отправлено немедленно, – кивнул Кемпбелл.
Мужчины немного помолчали, каждый думая о своём.
– Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы браслет достался Ульриху. У нас и без того нет светлых магов, а лишиться шанса его заполучить я не намерен.
– Я отпишу Лиаму, пусть действует согласно нашим инструкциям, – кивнул советник, уже полностью вернувший самообладание.
– Надо будет, лично отправлюсь в Друидор, чтобы проследить, как пройдёт инициация юной Одри. Надеюсь, всё же, что она не пустышка и кровь светлых магов проявит себя в её семнадцатилетие в начале хейннира (июнь).
– Ты веришь своему племяннику? – прищурился Карл.
– У него есть недостатки – слишком уж он честный и принципиальный, – усмехнулся Уильям, – но в то же время полностью предан семье.
Лиам не подведёт и ничего от меня не станет скрывать.
– Хорошо, коли так, – Карл потёр гладковыбритый подбородок и добавил: – Знаешь, я хотел пораньше вернуть матушку во дворец. Но сейчас, мне кажется, будет верным иное – оставить её в Ромульской святости ещё на месяц, как думаешь?
– Ты же знаешь, чем дальше от меня Аманида, тем меньше я хочу её удавить, – спокойно заметил Кемпбелл, вызвав грустную улыбку на губах Его Величества."
