Автор
Даша не может прижать свою малышку к сердцу: незнакомые люди в квартире создают панику и устраивают скандал. Она твердо стоит за своим ребенком, но женщина из опеки уверена, что имеет претензии. В воздухе чувствуется напряжение, а дочь начинает задыхаться от страха.
Женщина в опеке правильно тебе сказала, нельзя просто взять и поиграть в отца, а потом спокойно отказаться от этого статуса.
— Я знаю о детях больше, чем ты думаешь, Даша.
Ну конечно… Конечно он знает, у Антона ведь у самого…
Он просто от меня не хотел детей. А кто бы захотел на его месте ребенка от девочки с сомнительными генами? Да и фигура могла испортиться беременностью, как бы он меня тогда в свет выводил?
Рядом с такими мужчинами, как Антон, не место простушкам с поплывшими бедрами и растяжками на груди.
— Очень за тебя рада, — выплевываю ему в лицо, выставляю полупустую банку между нами, лишив Антона возможности зажать меня в ловушке.
— Я не собираюсь играть в воскресного папашу со своей дочерью, ровно как и у меня нет в планах выставить вас с Есенией отсюда в будущем. Здесь гораздо чище воздух, нет такого шума, как в городе, и намного больше пространства. Ей должно понравиться.
Собираюсь снова расспросить Антона о планах на ближайшее будущее, но он мягко прижимает палец к моим губам.
— У нас есть дела поважнее.
С тем, чтобы обставить комнату, мы справляемся быстро. Получается вполне себе неплохо, хоть и многое еще предстоит докупить для уюта. Антон приносит откуда-то стеллаж, и я сразу заполняю полки вещами, освобождая постепенно подоконник.
— Закажи все остальное в интернете, — он кладет пластиковую карту на одну из полочек. — На свой вкус.
— Постараюсь оформить доставку на ближайшее время.
— Почему смесь? — вдруг задает вопрос Антон.
Я машинально смотрю на банку с нарисованным слоником.
Молоко у меня пропало практически сразу. В роддоме сказали, что это из-за стресса и что случается гораздо чаще, чем я думала.
Сложно оставаться спокойной, когда ты не уверена в собственной состоятельности и стабильности завтрашнего дня. Мне все время казалось, что я не смогу обеспечить Есе достойную жизнь.
— Проблемы с гормональным фоном, — отвечаю Антону. — Так бывает.
Я выхожу из комнаты, делая вид, что мне срочно понадобилось в ванную.
На этот раз замок на двери оказывается провернут, на всякий случай я еще и давлю на ручку, чтобы точно убедиться — закрыто.
Не могу так долго находиться с Антоном наедине. Мысли о прошлом затягивают в свои сети, и я тону в это болоте, надеясь лишь на то, что у меня останется возможность дышать.
Отражение в зеркале совсем не радует. Под вечер на лице вылезли все недостатки, от которых, как я думала утром, удалось избавиться.
