Автор
Даша не может прижать свою малышку к сердцу: незнакомые люди в квартире создают панику и устраивают скандал. Она твердо стоит за своим ребенком, но женщина из опеки уверена, что имеет претензии. В воздухе чувствуется напряжение, а дочь начинает задыхаться от страха.
Ну неужели я такой страшный, что она сразу думает о побеге? Или от меня воняет после пробежки настолько, что квадратных метров кухни недостаточно?
Тяну улыбку, вспоминая, как раньше она первой липла ко мне, вспотевшему и разгоряченному. Вставала на носочки, целовала будто бы невинно, но на дальнейшие наши действия накладывался ценз ограничения по возрасту.
Только для взрослых девочек и мальчиков.
— Доброе, — бормочет больше себе под нос.
Даша спохватывается, когда я качаю головой в сторону плиты. Еще несколько секунд, и все полилось бы мимо.
— Спасибо, спасибо, спасибо, — она тараторит, снимая турку и разливая содержимое по двум заранее приготовленным чашкам. — Антош, достань молоко, пожалуйста.
Память — забавная штука. Иногда может выкидывать и такое.
Только если я отношусь спокойно к этому порыву из времен нашей совместной жизни в статусах мужа и жены, то Даша испуганно съеживается, сжимая пальцы свободной руки на краю столешницы. Я слышу, как она резко делает глубокий вдох, очень тихо ставит турку на подставку.
Повернуться не решится, я больше чем уверен в этом.
— Все нормально, Даш, — отвечаю ровно, хотя у самого в мозгах что-то плавится.
Приходится намотать всю свою выдержку на кулак, чтобы не дернуться к бывшей жене, как делал когда-то. Очень часто кофе по утрам у нас остывал, потому что находились занятия куда интереснее. И бодрили они не хуже.
Ловлю себя на мысли, что хочу провести губами по ее открытой шее. Дресс-код, что ли, Дашке установить? Никаких ее этих взлохмаченных пучков, чтобы руки не тянулись сдернуть резинку и зарыться в волосы.
Мало я бегал, мало. Будничное расстояние надо увеличивать.
— Я не хотела это сказать. Само вырвалось как-то… Прости.
Уверен, что она сейчас закусывает нижнюю губу.
— Кухня в твоем распоряжении. Я кофе выпью на работе, — напускаю равнодушия на голос и оставляю Дашу в одиночестве на кухне.
В стандартный утренний распорядок влетают изменения еще и в виде дочери, которая опять играется с часами на моем запястье, когда я захожу посмотреть на нее перед отъездом.
Кофе от секретарши, казавшийся приличным и вполне сносным ранее, сегодня едва не выплевываю обратно в чашку после первого глотка. Вообще все не так идет с самого пробуждения.
Особенно это касается моей новоявленной невесты, заявившейся в офис после обеда.
У Вероники всегда отлично получается себя подать.
Она не влетает в мой кабинет с ноги, не предъявляет никаких претензий.
