Якоб Куизль, палач из Шонгау, и его дочь Магдалена вовлечены в тайну репетиции Страстей Христовых в Обераммергау. Во время этих событий происходят необъяснимые смерти актеров, что вызывает подозрения в злом вмешательстве. Они стремятся выяснить истинные причины произошедшего.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дочь палача и театр смерти»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Якоб Куизль, палач из Шонгау, и его дочь Магдалена вовлечены в тайну репетиции Страстей Христовых в Обераммергау. Во время этих событий происходят необъяснимые смерти актеров, что вызывает подозрения в злом вмешательстве. Они стремятся выяснить истинные причины произошедшего.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Оливер Пётч Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Якоб Куизль, палач из Шонгау, и его дочь Магдалена вовлечены в тайну репетиции Страстей Христовых в Обераммергау. Во время этих событий происходят необъяснимые смерти актеров, что вызывает подозрения в злом вмешательстве. Они стремятся выяснить истинные причины произошедшего.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вдоль реки жались грязные крестьянские халупы, за ними виднелось несколько домов покрупнее, посреди которых стояла каменная церковь. По правую руку высился зловещий Кофель, слева вздымались другие горы, отчего долина в этом месте была совсем тесной. Симон невольно почувствовал себя запертым в душный ящик. Они миновали несколько подворий и покосившихся сараев, как вдруг на них вылетел всадник. Похоже, он очень спешил, потому как у коня изо рта уже вырывались хлопья пены. Пригнувшись к конской шее, одетый в черное всадник пронесся мимо, так что запряженные в повозку лошади отшатнулись в испуге.
– Эй, ты, дурак! – прокричал ему вслед извозчик. – Смотри, куда прешь! – Он яростно мотнул головой: – Сделай, Господи, так, чтоб он шею себе свернул…
– Видимо, еще один, не желающий задерживаться в Обераммергау, – усмехнулся Симон.
Извозчик бросил на него мрачный взгляд и принялся успокаивать лошадей. Повозка снова пришла в движение, и в скором времени они въехали в Обераммергау.
Через бурный Аммер был перекинут деревянный мост, после него дорога тянулась по центру деревни. Теперь среди простых крестьянских хижин Симон высмотрел оштукатуренные трактиры и дома в несколько этажей. При многих на первых этажах имелись собственные мастерские. По предыдущим поездкам Симон знал, что у Обераммергау было два лица. Благодаря оживленному когда-то тракту некоторые из жителей достигли определенного благосостояния.
Повозка остановилась на повороте, где стояло несколько особенно богатых строений, включая дом местного судьи и амбар, в котором хранились перевозимые товары. Извозчик собирался переночевать в конюшне «Швабского подворья», лучшего из здешних трактиров. Симон поблагодарил его, и с Петером они двинулись дальше. Уже смеркалось, на забрызганных нечистотами улицах стояла мертвая тишина, лишь изредка мычали коровы в хлевах. Симон буквально чувствовал царящее в деревне угнетение. Немногочисленные прохожие, которые им попадались, проходили, не здороваясь и уставившись себе под ноги. Симону показалось даже, что какой-то пожилой крестьянин злобно выругался им вслед. Но голос был слишком тихим, чтобы разобрать слова.
Симону вдруг бросились в глаза пучки зверобоя, привязанные повсюду к запертым дверям. Согласно поверьям, зверобой отгонял дьявола и злых духов. Как правило, окропленные святой водой кустики использовали в Вальпургиеву ночь, когда ведьмы собирались по тайным местам. Но Вальпургиева ночь прошла на той неделе, а пучки были довольно свежими.
«Как если бы их повесили у дверей сегодня утром, – пронеслось в голове у Симона. – Ради всего святого, что здесь произошло?»
Учительский дом находился недалеко от церкви.
