Анастасия, решительно настаивающая на своей праве остаться, оказывается перед лицом главного директора влиятельного архитектурного холдинга. Сцена запечатлена в ее памяти как тревожная и полная напряжения — стены офиса гнетут, а взгляды соперничают на фоне угрюмого бука посреди просторной комнаты....
Чувствую себя немного Пигмалионом. Женщина добросовестно отнеслась к моим указаниям, подобрав наряд, как я советовал.
На контрасте с восхитительным внешним видом мне категорически не нравится поведение Анастасии. Она дрожит, сгорбилась, голову опустила. Причина тому — великовозрастный Олег. Кажется, бывший супруг решил затмить ответчицу.
Надо бы подбодрить Анастасию, а то скуксилась, вот-вот заноет. Архисложно ей в одиночку терпеть гнет от агрессивного Золотова.
У меня же настроение великолепное, я чертовски хорош и Анастасии жизнь медом бы сталась, узнав она, с каким роем проблем приходится сталкиваться самому востребованному адвокату.
Довольно улыбаюсь, прибавляю шаг, останавливаюсь рядом с Анастасией и принимаю весь огонь на себя. Не люблю, когда оскорбляют женщин матом.
— Олег Эдуардович, здравствуйте.
Золотов тянется для приветствия, но я делаю шаг в сторону.
Продолжаю:
— Руку жать вам не буду. Только из сортира вышел, не хочу снова мараться.
— Что вы себе позволяете?!
Вскипает Олег.
Но как бы я ни старался нагло смотреть в мутные глаза Олега, мой интерес вновь и вновь соскальзывает к пурпурному пиджачку на даме в почтенном возрасте. Не слишком приятная особа, как миниатюрная концентрация негатива.
Золотов рьяно пыхтит. Бабуля, дергая выкрашенными губами, бубнит, Анастасия хлюпает носом.
— Оу, а это ваша новая-старая возлюбленная, полагаю?
Внезапно стихают все, как по щелчку.
— Кхм…она моя мама…
— Тогда пардон, — оборачиваюсь к подзащитной. — А почему особа ухватила под руку твоего бывшего? — Вижу, как щеки Анастасии вспыхнули. Потерпи еще, Настя. — Вот я и решил что они пара. Смотрятся весьма гармонично.
Романова краснеет настолько, что у нее на лбу проступает капелька пота. Когда-нибудь я научу женщину искусству полного безразличия, если Анастасия не распрощается со мной после судебной тяжбы."
"Слышу, как скрипят и распахиваются деревянные створки в зал.
Анастасия.
Ох… я готова проклинать Олега почем свет стоит, когда закончится слушанье. Лишь бы самой выжить, замертво не свалиться и успеть переступить порог. Что-то мне совсем плохо. Штормит. И как унять тревогу, ведь дело касается моей дочери?
Перед глазами, будто пелена застилается, однако я могу различить подоспевшего мужчину в синей форме. Плечистого, крепкого, но маленького роста.
